- Отойди от меня, - шипит и злобно смотрит, будто готова вот-вот выцарапать мне глаза.
- Не отойду, - подхожу ближе, сокращая дистанцию между нами, и становлюсь вплотную к ней. Заправляю прядь волос ей за ухо и замечаю, что ее трясет мелкой дрожью.
- Не подходи! Не трогай меня! - бьет словами, заставляя меня застыть на месте.
Медленный вдох.
Она имеет право себя так вести. У нее есть на то причины.
Выдох.
Пытаюсь мысленно успокоиться, но выходит не особо. Смотрю, как подрагивают ее губы и из глаз брызгают первые слезы и, поддавшись порыву, срываюсь с места и хочу обнять, забрать ее боль, залечить раны, которые сам же и нанес. Но вновь наталкиваюсь на стену неприязни и недоверия, которая охлаждает мой пыл.
Она ненавидит меня. Ее глаза так и кричат об этом. И я ничего не могу с этим поделать. Знал ведь, что именно так и будет, когда память начнет возвращаться к ней. Изначально ведь было известно, на что я шел.
- Ты правда убил бы меня тогда? В том подвале?
Проклятье.
Наверное, если в этом мире существует карма, то это и есть моя за все те грехи, что я совершил в жизни.
- Разве за все то время, что мы прожили вместе, я дал тебе повод думать, что могу навредить тебе?! - резко выкрикиваю и вижу, как Николь сжимается с каждым моим словом в маленький комок. Обхватывает себя руками и опускает глаза в пол.
Твою мать.
Да она же боится меня.
- Посмотри на меня, - теперь говорю мягко, слегка приподнимая ее голову за подбородок.
Касаюсь кончиками пальцев нежной кожи, но Николь резким движением отстраняется от моих рук, рассекая сердце на мелкие кусочки.
Я заслужил, я знаю.
Но все равно не могу это принять.
- Не нужно меня бояться. Я тебе не наврежу, - шепчу ей, успокаивая маленькое сердечко, что трепещет в ее груди. - Я бы никогда тебя не обидел. Ни за что на свете. Просто поверь мне.
Еще раз.
Николь проводит ладонями по щекам, вытирая слезы, а затем моментально меняется, словно закрываясь от меня в защитный кокон холода и неприязни.
И больше не плачет.
- Ты ведь не мой муж. Ты меня обманул. Так почему я должна тебе верить? - говорит с вызовом, будто мы с ней на словесном баттле, а не посреди ее комнаты.
- Потому что я люблю тебя, Николь. По-настоящему, - одна простая фраза, но как много значит для меня. Жаль только, что для нее это всего лишь пустой звук.
- Именно по этой причине ты меня так долго обманывал? - блять, она так смотрит на меня, что хочется сдохнуть только от того, как ей больно сейчас. Пытается казаться сильной, но впившиеся до крови ногти в ладони говорят за нее. - Одного понять не могу, зачем тебе все это?
- Я ведь уже сказал тебе, - ни одной женщине не говорил «люблю» за всю свою жизнь, а ей сказал.
- И ты думаешь я в это поверю? - хмыкает, подтверждая мои догадки, что нет, не поверит. - Отличный план, Джон. Если что не так, поведать о своих великих чувствах. Что там дальше? Ах да! Я должна растрогаться и все тебе простить! Только вот есть одна загвоздка. Я больше не собираюсь принимать участие в этом спектакле! - она договаривает фразу, а я медленно умираю.
- Что ты собираешься делать? - сердце тревожно замирает, и я как никогда раньше жду ее ответа.
- Я ухожу, - коротко и ясно. Словно выстрел, который ранит прямо в цель.
- Это из-за него? Да?! - хватаю Николь за шею и заставляю смотреть только на себя. - Ты вспомнила своего ублюдка мужа?! И что теперь? Побежишь к нему и снова будешь ждать, когда враги захотят прикончить его в следующий раз, а заодно и тебя?
Смотрю в лицо Николь и, блять, понимаю, что нихера из всего того, что я выпалил в гневе, она не вспомнила.
- Что?! Что ты говоришь? Что ты, мать его, имеешь ввиду?! - Николь вырывается и буквально хватает меня за шиворот и смотрит мне прямо в глаза.
Приближаю свое лицо к ее так, что мы касаемся носами, и на выдохе говорю:
- Я имею ввиду, что до аварии у тебя был муж, который силой выдал тебя за него замуж, а потом из-за его дел тебя чуть не прихлопнули за компанию с ним, - пускай жестко, но теперь она должна узнать правду. Пути назад нет. - Так что я бы на твоем месте десять раз подумал, прежде чем искать его по белу свету и бежать в его крепкие объятия.