Взгляд падает на маленький кактус, стоящий на кухонном столе и я невольно улыбаюсь. Я всегда знала, что с юмором у Джека всё в порядке. Мы не редко подшучивали друг над другом и нашими друзьями. И мне давно не хватало этих шуточек между нами. Бывало раньше, когда настроение было ниже плинтуса, Джек вмиг мог меня развеселить. Кто бы мог подумать, что после стольких лет дружбы, я влюблюсь в него.
— Ненормально это, дружить с мальчиком, — часто говорила моя мама, когда я возвращалась домой с огромными ссадинами на коленях. Ни разу за всё детство я не приходила домой целая. Мы с Джеком, Кэмероном и Джилл, постоянно находили, чем заняться и не всегда это было безопасным.
— Что между вами двумя происходит? — спросила мама однажды перед выпускным классом. Был первый учебный день, и я стояла перед зеркалом, расчёсывая свои длинные чёрные волосы. Джек, как и всегда, заехал за мной на своём чёрном пикапе и ждал меня возле дома.
— Ничего, мы просто друзья, — ответила я, как ни в чём не бывало, и пожала плечами.
— Мальчики в его возрасте не дружат с девочками просто так, — ответила тогда мама и как-то странно на меня посмотрела, словно знала что-то, чего не знала я.
С того разговора прошло много лет и мама больше никогда не спрашивала меня про отношения с Джеком. Но каждый раз, когда она видела нас вместе, то я замечала этот таинственный взгляд и лёгкую улыбку. Может она что-то подозревала, своим материнским сердцем. Может, знала о моих чувствах ещё до того, как я сама себе в них призналась?
Встряхиваю головой, выгоняя лишние мысли и миллион вопросов, которые вызывает у меня Джек Хастлер. У меня куча работы, поэтому лучше бы мне заняться ей, чем слоняться по дому с мыслями о Джеке. Достаю все нужные материалы и выкатываю в центр гостиной свой манекен, принимаясь за шитьё. Работа хоть ненадолго освобождает меня от этой любовной драмы, и за несколько часов я успеваю дошить жакет для новой коллекции и сделать наброски свадебного платья для Сьюзен. Когда пальцы начинает сводить от усталости, а спина жутко затекает, я откладываю материалы и встаю. Позвоночник с хрустом выпрямляется, и я начинаю дышать полной грудью. Делаю небольшую зарядку, приводя в тонус мышцы, и плетусь на кухню. Достаю из холодильника сок и хватаю со стола оставшийся пончик. Конечно, мне нужно съесть что-то более калорийное, но пока и этого хватит, а позже приготовлю что-нибудь на скорую руку.
Стоит мне устроиться на своём мягком кожаном диване, как я слышу звонок своего сотового. Ставлю стакан с соком на стол и откусываю пончик. Когда беру в руки телефон, то замечаю уже знакомый номер. Я не стала его записывать в прошлый раз, надеясь его больше никогда не увидеть. Но у меня превосходная память на числа и лица.
— Алло, — говорю я, когда принимаю звонок.
— Маккензи, добрый вечер, надеюсь, я не помешал, — слышится идеальный голос Гаррета Фостера в трубке. С таким голосом ему можно работать ведущим новостного канала.
— Нет, что-то случилось? — отвечаю я, усаживаясь на диване в позе лотоса
— Случилось, я соскучился по тебе, — его голос становится тише, — после нашей встречи я думаю о тебе каждую свободную минуту. Ты получила цветы? Как только я увидел тот букет, то сразу вспомнил о тебе. Ты так похожа на благоухающий розовый бутон.
Если бы в школах был введён урок по обольщению, то у Фостера однозначно был бы высший балл. Но почему-то на меня его флирт совсем не действует. Так и хочется закричать во всё горло: «Не верю!». Возможно, другие девушки и ведутся на это, но я знакома с таким типом мужчин. И как я могла подумать, что он может быть другим. Ведь ещё с первого взгляда был виден весь его фальшивый внутренний мир. Он любит, что все перед ним прислуживают, девушки в ноги падают, моля о том, чтобы он их трахнул. Но я не из таких, меня ему не получить.