— Цветы? Нет, я ничего не получала, — говорю я.
— Как же так, я отдал их твоему соседу, он обещал тебе их доставить, — раздосадовано произносит он, почему-то напоминая мне этим какую-нибудь привилегированную блондинку, которой ногти накрасили не тем оттенком розового. Усмехаюсь про себя, представив Гаррета в образе этой самой блондинки. А потом я понимаю, что это был за сосед. И от этого мои губы сами собой расползаются в довольной улыбке. Не ожидала от него такого, но это значит, что я ему тоже не безразлична, ведь так?
— Ничего страшного, наверняка он просто забыл. Я с ним поговорю об этом.
— Я могу сейчас же приехать к тебе и привезти десять таких букетов. Ты достойна каждого цветка.
— Ну что ты, не стоит. Тем более я уже ложусь спать, — нагло вру я, но видеть Фостера в своей квартире не хочу.
— Но ведь ещё только семь вечера? — удивлённо произносит он.
— Я устала, да и голова ещё болит, — отвечаю я, стараясь сделать как можно болезненный голос.
— Тогда я просто обязан приехать и сделать тебе массаж головы, могу заехать в аптеку.
Чёрт! Ну и вляпалась же я! Бывают же такие люди, которым неизвестно слово «нет».
— Я уже практически сплю, давай встретимся при более благоприятных обстоятельствах?
— Ну, хорошо, тогда ложись и выспись хорошенько. Сладких снов, — произносит он с нежностью, наверно именно так это должно было прозвучать. Но меня от этого немного передёргивает.
— Угу, — отвечаю я и быстро отключаюсь, пока он ещё что-нибудь не сказал.
Кажется, у меня и правда началась мигрень от одного разговора с Фостером. В следующий раз нужно будет выбрать другую рекламную компанию и не переходить на личности с привлекательными павлинами.
Допиваю свой сок и включаю телевизор, сразу же попадая на какую-то слезливую мелодраму. Главные герои стоят под дождём и страстно целуются. Мужчина шепчет девушке слова о любви и всё это выглядит до безумия нежно и естественно. Вот и правда, бывают же хорошие актёры. Неужели и в жизни люди вот так просто могут сыграть любовь?
Когда фильм заканчивается, я слышу, как кто-то стучит в дверь. Неохотно встаю с дивана, и иду открывать. На пороге стоит молодой парень в чёрной футболке и таких же чёрных джинсах. На голове тёмно-синяя бейсболка, а в руках корзинка с красными розами и планшет.
— Маккензи Джонс? — будничным тоном спрашивает он, глядя в свои записи.
— Да.
— Распишитесь здесь и здесь, — парень протягивает мне планшет с ручкой, указывая нужные графы для росписи. После чего протягивает мне корзинку и уходит. Осматриваю букет, даже не смотря в карточку можно понять от кого они. Если честно, то я наверно одна из немногих девушек, входящих в антиклуб роз. Больше всего я люблю гортензии. А розы для меня слишком шаблонные. Каждый мужчина без раздумий дарит женщинам розы, ожидая, что они растают от этого и тут же раздвинут свои ножки. Но они забывают, что все женщины разные и некоторые всё что угодно отдадут за простые ромашки, а другие, даже получив розы, будут выпендриваться.
Не успеваю я закрыть дверь, как из квартиры напротив выходит миссис Бенсон, а за ней короткими лапками семенит Ральф. Она с усмешкой смотрит на букет, а потом на меня.
— Многие бы убили за такой букет, а ты смотришь на него так, словно это ядовитая змея, — произносит она, качая головой. Облако седых волос качается в такт её движениям.
— Просто этот букет не от того, кто мне нужен, — отвечаю я, пожимая плечами.
— Если собираешься его выкинуть в урну, так же как твой дружок вчера, то лучше отдай их мне. Я позабочусь о них гораздо лучше, — с хитрой улыбкой произносит женщина, и я понимаю, что она говорит о Джеке.
— Так он выкинул их в урну? — спрашиваю я, улыбаясь как дурочка. Хотелось бы мне посмотреть на то, как он это делал.
— Мальчик так старался затолкать их внутрь, но они сопротивлялись, как могли. Шум стоял такой, что мне пришлось выйти и посмотреть, — миссис Бенсон пересекает коридор и подходит ко мне, — знаешь, этот юноша точно к тебе неровно дышит. Я слышала, как он разговаривал с тем неприятным типом в костюме и голос его был не очень то дружелюбным. Боюсь, если бы он хотел, то мог спустить того парня с лестницы. Но в нём оказалось больше выдержки, чем ожидаешь увидеть у такого как он.