— Кензи, это Алекс, как бы странно это не звучало, но она просто моя подруга, — произносит Джек, осторожно приближаясь ко мне с поднятыми руками.
— И лесбиянка, — добавляет Алекс и игриво машет ручкой.
Не могу это не признать, но кажется, мне начинает нравиться эта девушка. А ещё надо признать, какая я идиотка, дура ревнивая. Джек ведь просил верить ему. А я набросилась на него, даже не выслушав. Он наверняка сейчас пошлёт меня куда подальше. Зачем ему такая истеричка, как я?
— Прости, Джек, — говорю я, опустив голову, мне стыдно смотреть на него. Мимо нас проходят люди, но мне плевать, что я кому-то мешаю. Я не двигаюсь с места. Джек подходит ко мне и берёт моё лицо в свои руки, приподнимая его так, чтобы видеть мои глаза.
— Ты не виновата. У меня богатое прошлое и я заслужил это. Просто я хочу, чтобы ты верила мне. Немного твоей веры мне не помешает. Когда я сказал, что люблю тебя, то сказал правду. Для меня это всё в новинку. Маккензи, я обещаю, что никогда тебя не обижу. Никогда.
По моим щекам бегут слёзы, но это слёзы счастья. Моё сердце снова на месте и снова ритмично бьётся, радуясь словам Джека. Не желая больше быть так далеко от него, я кладу руки ему на шею и обнимаю. Порой простые крепкие объятия нужны нам больше горячих поцелуев. Джек стискивает меня в своих сильных руках и целует в макушку. Меня окутывает его аромат, и я готова вдыхать его вечно. Мне хочется стоять вот так и обнимать его вечно. Но…
— Ладно, голубки, пойдёмте, хватит загораживать тротуар! — кричит Алекс, и мы нехотя прекращаем наши объятия. Джек берёт меня за руку и улыбается мне самой нежной и милой улыбкой из своего небольшого арсенала.
— Пойдём, пока она нам с тобой обоим мозги не съела чайной ложкой, — с сарказмом произносит Джек, и я смеюсь. Когда мы подходим к Алекс, она толкает Джека в плечо и усмехается.
— Я же говорила, что всегда есть ОНА, — девушка искусно выгибает бровь, глядя на меня, — надеюсь, она заставит тебя побегать. Знаешь, Джеку иногда нужна мотивация. Кстати, я Александра, но ты можешь меня звать просто Алекс.
— Хорошо, просто Алекс, я просто Кензи, — отвечаю я, и мы пожимаем руки. На каждом пальце её правой руки я замечаю колечко, а на некоторых их целых три.
— Она мне нравится, Джек, — словно вынося вердикт, произносит Алекс.
— Не смей увести её у меня, — отвечает Джек, крепче прижимая меня к себе и от того каким взглядом он посмотрел на Алекс я начинаю хохотать. Кажется, он и правда переживает, что Алекс может это сделать.
— Не в обиду Алекс, но мне больше нравятся мужчины, точнее один единственный мужчина, — посылаю Джеку самый соблазнительный взгляд, которым обладаю и замечаю, как он расслабляется, но потом я решаю немного повеселиться и сбрасываю на него мини-бомбу. — Правда однажды я поцеловалась с девушкой.
Алекс начинает весело хохотать, а Джек смотрит на меня вопросительным взглядом, в котором постепенно загорается живой блеск. Он ухмыляется и, закинув руку на моё плечо, говорит:
— Ты расскажешь мне об этом позже.
— Как скажешь, — отвечаю я, хихикнув.
Мы поднимаемся по лестнице на наш этаж и останавливаемся у квартиры Джека. Он достаёт ключи из кармана своих тёмных брюк и открывает дверь.
— Добро пожаловать в моё скромное жилище! — произносит он торжественно, пропуская нас с Алекс вперёд. Я осматриваю стены, увешанные постерами, полки с книгами, старый музыкальный центр, большой плазменный телевизор и старый видеомагнитофон, под ним. Мебель тут старая, но не просто старая, а старинная, такая обязательно понравилась бы Джилл. Почему-то я ожидала увидеть тут бардак, типичный для холостяцкой квартиры. Но тут практически идеальный порядок.
— А тут мило, — говорю я, оглядевшись.
— Я так же подумала, когда в прошлый раз оказалась здесь, а потом вырубилась на этом самом диване, — Алекс устраивается на старом диване, накрытом клетчатым пледом, и я присоединяюсь к ней. Джек на кухне бренчит стаканами или бутылками. Не знаю, чем он там занимается, может, решил помыть гору посуды. Должен же быть у него какой-то недостаток. Квартира идеально чистая для мужчины, а если он ещё и посуду моет после каждого приёма пищи, то это настоящая мечта.
Наконец он выходит из кухни с тремя бутылками пива и ставит их на небольшой кофейный столик около дивана. После чего с довольным видом падает на диван, одним быстрым движением перетащив меня на свои колени. От неожиданности я взвизгиваю, а Джек хитро усмехается.