Меньше, чем через полчаса я уже стою перед белоснежным коттеджем Джилл и Кэмерона. На подъездной дорожке стоит машина Джиллиан. У соседнего дома бегают два мальчика, дурачась и выкрикивая какие-то нелепые для меня слова. Кажется, что они не замечают ничего вокруг, они в каком-то своём мире. Это и ценно в детях, они живут моментом и каждый момент для них особенный.
Я поднимаюсь по ступенькам на крыльцо и стучу в дверь. Перед входом на полу замечаю коричневый плетёный коврик с надписью «Добро пожаловать!». Улыбаюсь, потому что в этом вся Джилл. Скоро она обустроит перед домом небольшой сад, в котором будет копаться по выходным. На раскидистом клёне, стоящем чуть поодаль от дома они обязательно повесят качели из шины или построят домик на дереве. Идеальный газон заполнится игрушками и трёхколёсным велосипедом. Скорей всего они заведут собаку или кошку, а может и то и другое. В их доме будет пахнуть шарлоткой и будет слышен звонкий смех. По вечерам Джилл обязательно будет купать своих детей, и читать им сказки. И её библиотека наполнится кучей книг по правильному воспитанию и по всему, что связано с детьми. Такая уж она есть. У неё всегда будет идеальный порядок, даже если они заведут целый детский сад. У меня же скорей всего всё будет наоборот. Я даже представить боюсь, какой хаос будет ждать меня, если мы с Джеком всерьёз решим завести ребёнка. Я определённо этого хочу, но и страшусь одновременно.
— А вот и она! — Джилл распахивает дверь, притягивая меня в свои объятия. От неё пахнет тестом и чем-то сладким. Даже будучи беременной она не оставляет кухню в покое. Приличных размеров живот мешает мне крепче обнять подругу. Срок рожать подойдёт через два месяца, но видимо внутри сидит тот ещё богатырь.
— Привет, отлично выглядишь, — говорю я искренне. И это правда. Её лицо стало круглее, и вся она заметно поправилась, но ей определённо идёт беременность. Многие говорят, что беременные женщины светятся изнутри. И глядя на Джилл я могу это подтвердить. Если бы мы могли видеть ауру людей, то у Джиллиан она была ослепляюще золотистая.
— Если ты так считаешь, то тебе определённо стоит обратиться к врачу, проверить зрение, — саркастично произносит подруга, пропуская меня в дом.
— А беременность сделала тебя колючей.
— Я посмотрю, когда в твоём животе поселиться человек. Тогда тебе будет совсем не смешно, — она усмехается и идёт на кухню. — Хочешь чего-нибудь выпить? Я навела лимонад, как ты любишь.
— Давай.
Джилл наливает лимонад в стакан и протягивает мне. После чего убирает кувшин с напитком в холодильник. На его дверце я замечаю несколько магнитов из городов, что они посетили в свадебном путешествии. Одна фотография, на которой Кэм с Джилл весело хохочут, корча смешные рожицы. И от меня не ускользает небольшой блокнот с разноцветными страницами. Не успеваю прочесть, что написано на переднем листке, Джилл окликает меня.
— Пойдём на улицу, и ты мне всё расскажешь, — говорит она, хватая меня под локоть. Мы выходим на открытую террасу и устраиваемся на садовых качелях. Джилл подкладывает под спину одну из подушек в пёстрой наволочке и откидывается назад. — Так что у вас с Джеком? Кэм тоже не мог до него дозвониться несколько дней. Вы скрывались вместе?
— Меня ждёт допрос с пристрастием? — насмешливо спрашиваю я, снимая туфли на высоком каблуке и устраиваясь на качелях в позе лотоса. Отпиваю лимонад, наслаждаясь таким знакомым вкусом. Когда мы были детьми, мать Джилл постоянно готовила лимонад в жаркие летние дни.
— Я надеялась, ты мне сама всё расскажешь, — добродушно улыбаясь, произносит подруга.
— Ты знаешь меня слишком хорошо, — отвечаю я и выкладываю ей всю историю, начиная с той ночи, что всё изменила между нами. Она с интересом слушает меня, несколько раз позволив себе отпустить пару сквернословий в сторону Джека. Когда я заканчиваю свою историю, она смотрит на меня таким глазами, словно впервые видит.
— Почему ты не сказала мне о нём сразу? Я чувствовала, что с тобой что-то произошло, но никак не могла понять что именно. Ты вовремя сбежала в Париж. Я всегда подозревала, что между вами двумя что-то есть, а после того, как ты вернулась, мои подозрения лишь усилились. Ты постоянно его избегала, а он, кажется, всегда искал тебя в толпе. До сих пор не могу поверить во всё это, — подруга усмехается, качая головой.