До закрытия остаётся пару часов, и время от времени в магазин заглядывают посетители, с некоторыми беседую я, других берёт на себя Вайолет. Когда приходит время закрываться, я проверяю систему безопасности, выключаю свет, и мы вместе с Вайолет выходим на улицу. Прохладный порыв ветра забирается под мою блузку, заставляя вздрогнуть. Мы с Вайолет поспешно прощаемся, и я направляюсь к своей машине.
— Девушка, не желаете прогуляться в этот дивный вечер? — слышу я знакомый голос за спиной, а когда оборачиваюсь, то вижу привалившегося к магазину Джека. Чёрная куртка с белыми налокотниками расстёгнута, и я замечаю под ней угольно-чёрную рубашку. Тёмные джинсы и чёрные ботинки завершают этот дьявольский образ.
— Я не гуляю с незнакомцами, — отвечаю я, складывая руки на груди. Джек ухмыляется, отрываясь от стены и приближаясь ко мне. Новый порыв ветра доносит до меня аромат его одеколона пряного и слегка горьковатого. Чёрные волосы Джека лежат в беспорядке, и каждый раз ветер ещё сильней треплет его волосы. Когда он встаёт вплотную ко мне, то мне приходится слегка наклонить голову назад, чтобы видеть его красивое мужественное лицо.
— Это хорошо, потому что твой жених очень ревнивый и ему вряд ли бы это понравилось, — произносит он, осторожно обхватывая меня руками за талию и притягивая к себе.
— Тогда он должен знать, что его невеста тоже ревнивая и если увидит около него какую-нибудь девушку, то ей очень не повезёт, — кладу руки на его плечи, встречаясь с его хищным взглядом.
— Ему очень повезло с такой невестой, — Джек наклоняется и целует меня в губы, тихонько, еле касаясь, нежно и невинно. — Я скучал по тебе, весь этот чёртов день. И если бы нам не нужно было ехать к твоим родителям, то мы бы занялись сексом прямо в машине. Но раз мы пообещали, то не можем им отказать.
— Ты прав, но я была бы не против секса с тобой, прямо здесь и сейчас, — шепчу я ему на ухо и слегка кусаю его за мочку, в которой снова блестит пирсинг. Мне безумно нравится, когда он вставляет эту серьгу в ухо. Это добавляет ему бунтарства и определённо выглядит сексуально.
— Не соблазняй меня, — он подмигивает и ведёт меня вокруг автомобиля. Открыв дверь со стороны пассажира, и усадив меня на сидение, Джек заботливо пристёгивает ремень безопасности. Всё это он делает с таким сосредоточенным видом, словно в его голове сейчас рождается какой-то сложный план действий. Быстро оббежав машину, он запрыгивает на водительское место и выезжает на дорогу.
— Нервничаешь? — спрашиваю я, наблюдая за его сосредоточенным лицом. Он оборачивается ко мне, легко улыбнувшись.
— Твои предки мне роднее, чем мои собственные, так что я не нервничаю. Всё будет нормально, — он снова возвращает внимание к дороге, но от меня не ускользают эти нервные нотки в его голосе. Он всегда такой. Храбрится, делая вид, что ему наплевать на всё и всех, но на самом деле ему важно, чтобы к нему относились с уважением, чтобы его любили. Все мы нуждаемся в этом, даже если не признаёмся.
— Ты же знаешь, что они тебя любят, — говорю я, осторожно касаясь его руки. Он опускает свою ладонь и переплетает наши пальцы, но не смотрит на меня. Его серьёзный взгляд направлен на дорогу. Движение медленное, мы еле-еле плетёмся друг за другом. В центре города в это время часто бывает сложно проехать. Тем более, сейчас, когда все спешат домой к своим родным. — И я надеюсь, что ты не шутил, когда говорил, что готов украсть меня. Так, на всякий случай, вдруг папа достанет своё охотничье ружьё.
Я шучу, и это заставляет его улыбнуться. Он на миг поворачивается ко мне и целует мою ладонь.
— Я в порядке, Кензи, не нужно меня успокаивать. Даже если что-то и пойдёт не так, то я всё равно буду любить тебя. Никто и никогда не отнимет тебя у меня. Мы принадлежим друг другу, навсегда.
— Однажды и навсегда.
— Однажды и навсегда, детка, — он нежно мне улыбается, отчего моё сердце начинает трепетать в груди.
Вскоре дороги освобождаются, и Джек прибавляет скорости. Остальной путь до дома моих родителей мы преодолеваем гораздо быстрее. И вот мы уже стоим перед огромным бревенчатым особняком в окружении высоких елей. В больших окнах на первом этаже горит свет, освещая пространство перед домом. Я беру Джека за руку, и мы поднимаемся по ступенькам на крылечко. Открываю дверь и мы проходим в дом. Здесь тепло и в воздухе витают аппетитные ароматы мяса и специй.