Милена не оценила то, что помощница Лео так быстро перешла на «ты». Но, вспоминая опыт жизни в Италии, она сделала ей скидку на менталитет: на «вы» в Италии обращаются либо к людям сильно старше, либо к кому-то, к кому обращаешься впервые.
Миле захотелось выплеснуть всю свою неприязнь, но она сдержалась. Вместо этого она сказала, стараясь сохранить спокойствие:
- Ты просто не пробовала эту пиццу.
- Ну, уж нет. Пицца с ананасами — это самое настоящее пиратство! — не унимается брюнетка. — Лео, согласись.
- Здесь мне нечем крыть, — смеется мужчина. — Я тебе с самого начала говорил, что это противоестественно.
Нора весело улыбнулась, чувствуя свою победу. Она знала, что Милена испытывает неприязнь к ней, и это придавало ей уверенности.
Милене же не понравилось, как Нора умело влияет на Леонида. Она чувствовала, что начинает терять контроль над ситуацией и над своими эмоциями. Было очевидно, что между Каменевым и его ассистенткой были не только рабочие отношения. Все жесты и движения брюнетки кричали, что у них была связь.
В этом тандеме Мила чувствовала себя лишней. Это чувство было новым для нее. Когда ужин закончился, Лео и Нора засели перебирать бумажки и обсуждать рабочие моменты. Девушка захватила все внимание Каменева отчетами и накладными. Встревать в эти разговоры было бессмысленно. Да и сама Милена чувствовала себя виноватой в том, что Леонид был вынужден бросить свои дела и примчаться по ее первому зову. Ей ничего не оставалось, кроме как капитулировать, и не мешать этим двоим разгребать рабочие завалы. Поэтому под предлогом того, что уже поздно и у нее болит голова, Милена ушла отдыхать в свою комнату.
Девушку просто разрывало от любопытства и ревности. Казалось, стоит ей сейчас нагрянуть в гостиную, и она застанет Каменева и Нору в объятиях друг друга. Воспалённый мозг рисовал разные пикантные картины. Лежа в своей огромной и такой пустой кровати, девушка уже жалела о том, что поспешно ретировалась. Видно же, что Нора лишь этого и добивалась.
В памяти всплыли слова дочери у бассейна. «Ба говорит, что папа ни за что не женится на ней. Но Нора как будто думает по-другому». Действительно, у этой девушки были свои мысли насчет Каменева, но тот будто не замечал этого. Кинув взгляд на часы, Мила решила, что нужно проводить гостью.
Когда Мила зашла в гостиную, ей открылась замечательная картина: Каменев сидел на диване, полностью сосредоточенный на изучении какой-то документации, а Нора расположилась в кресле. Скинув свои остроносые туфли, помощница зазывно качала ножкой, то и дело, стреляя глазками.
- Извините, что прерываю ваш хакатон, — улыбаясь, произнесла Милена, пытаясь скрыть свои истинные чувства. — Я хотела сказать, что уже поздно. И чтобы хоть как-то загладить вину за то, что испортила вам рабочий день, я вызову Норе такси.
Нора подняла на нее взгляд, и на ее лице мелькнула усмешка:
- О, не стоит, мы еще не все вопросы решили.
- Нет, — строго произнес Каменев. — Милена права, уже поздно.
- Тогда предлагаю поехать ко мне в отель, чтобы подбить счета по поставкам, — произнесла Нора, словно насмехаясь над Милой.
- Я должен завтра встретить здесь Брюллова. Поэтому будет лучше, если на сегодня мы закончим с делами.
- Как скажешь, Лео, — сладкоголосо произносит итальянка, поднимаясь с кресла. Затем, как бы невзначай, она проходит за диваном и проводит ладонью по плечу мужчины: — Встретимся завтра в офисе.
Девушка собирает сумку и направляется в сторону выхода.
Уже переступив порог Милениной квартиры, Нора оборачивается и растягивает губы в недоброй ухмылке:
- У нас в Италии говорят: «Morto un papa, se ne fa un altro»…
- Один папа умер, изберут другого, — переводит Мила. — Я прекрасно владею итальянским.
- Что ж, — не растерялась брюнетка, — это прекрасная новость. Я не так хорошо владею русским, — говорит она с акцентом. — Но в вашем языке есть похожая поговорка. Как же это… «Святое место пустым не бывает», кажется. Так вот, я к тому, что твое место давно занято. Не нужно пытаться это изменить. Я о нас с Лео.
Мила опешила от этого заявления. А Нора, воспользовавшись ее замешательством, быстро удалилась в сторону лифта, стуча своими тонкими шпильками.
ГЛАВА 4.
Милена была твердо уверена в том, что не собирается из одних отношений моментально прыгать в другие. Тем более что Каменев не говорил, в качестве кого он намерен ее вернуть: любовницы? Жены? Нет и еще раз нет. Жизнь Милы и так стала слишком запутанной, а новые отношения лишь усугубят ситуацию. К тому же, одно дело — сгорать от чувств в восемнадцать, и совсем другое — в двадцать семь. Рациональный ум кричал, что нужно решить проблемы с отцом, укрепить свои позиции в фирме и разобраться с домом, который они строили с Игорем. Но последняя встреча отбила любое желание видеться с Филатовым; теперь все вопросы будут решаться только в присутствии адвоката.