Где-то на территории лагеря раздалась резкая, отрывистая команда, затем снова наступила тишина. Джеррил все еще смотрел на потолок и, фальшивя, насвистывал сквозь зубы какую-то мелодию. Дэмон встал.
— Мы теряем время, Джеррил. Я хочу увидеть Брэнда и поговорить с ним. Без свидетелей.
— А я решил, что этого лучше не делать. По тем или иным причинам.
Сэм подошел к столу и, опершись на него обеими руками, твердо сказал:
— Лейтенант, я хочу видеть Брэнда, сейчас же. Итак, или вам придется давать объяснения по этому поводу начальству или я увижу его.
Наступило короткое молчание. Джеррил окинул Сэма испытующим взглядом.
— Вы ведь пойдете на все, чтобы добиться своего, — пробормотал он. — На что угодно…
— Нет. Только на определенные вещи.
Начальник лагеря облегченно вздохнул, его рот искривился в неприятной притворной улыбке. — Дело ваше, — тихо произнес он. — Только не говорите потом, что я не предупреждал вас. Хёрли! — позвал он сержанта. — Возьми этого сумасшедшего индейца и приведи его к капитану Дэмону.
— Да, сэр.
— Желаю вам удачи, Дэмон, — сказал Джеррил высоким дребезжащим голосом.
Выйдя на территорию лагеря, Дэмон начал прохаживаться взад и вперед, неодобрительно посматривая на ряды палаток и поникшие акации по ту сторону проволочного заграждения. Услышав позади себя какой-то звон, Дэмон повернулся: гремя цепью, с трудом переставляя скованные ноги, по дороге шел Брэнд, сопровождаемый Хёрли. Проходя мимо Дэмона, Брэнд бросил на него сердитый взгляд. Его лицо было поцарапано, в синяках, в спутанных волосах и на рабочей куртке засохли пятна кропи. Дэмон повернулся и шел за ними, пока они не остановились у одной из палаток. Брэнд застыл в напряженной стойке «смирно». Пройдя в палатку первым, Дэмон пригласил его за собой, а военного полицейского попросил подождать снаружи. В палатке, кроме двух, поставленных один на другой деревянных шипков и походной койки без тюфяка и подушки, ничего не было. Махнув рукой в сторону ящиков, Дэмон предложил Брэнду сесть, а сам устроился на койке и достал пачку сигарет. От предложенной сигареты Брэнд отказался молчаливым покачиванием головы. Пожав плечами, Дэмон положил пачку сигарет в карман.
— Моя фамилия Дэмон, — сказал он.
Брэнд ничего не ответил на это. У него были гладкие черные полосы, но лицо не было ни плоским, ни флегматичным, что так характерно для индейцев из прерий. Даже сейчас, несмотря на поцарапанные губы, распухший нос и почти заплывший от кровоподтека глаз, было видно, что Брэнд красивый молодой человек; на его лице, на фоне теплого цвета кожи, как оникс, выделялись глаза. Дэмон играл против Брэнда в бейсбол и видел его на полковых соревнованиях по другим видам спорта. Сейчас вся его красота и изящество пропали. Суставы на одной руке вспухли, а по тому, как он садился — сильно согнувшись, — Дэмон понял, что Брэнда ударили либо в живот, либо в пах.
— Меня попросил повидать вас Луис, двоюродный брат Джесси, — сказал Дэмон. — Луис Фанзал, — добавил он после короткой паузы. — Он говорит, что вы его друг. — Индеец по-прежнему угрюмо смотрел на него. — Я пришел сюда не по службе, а просто так. Он говорит, к вам отнеслись несправедливо, оклеветали.
— Ну и что же? — зло прошептал Брэнд. Его глаза выражали глубокое презрение.
Дэмон бросил на него удивленный взгляд,
— Как «ну и что же»? Он сказал мне, что вы…
— …И вы решили разыграть из себя великодушного офицера, сделали одолжение, пришли ко мне, — продолжал Брэнд все таким же гневным хриплым шепотом. — Играете в благородство, строите из себя доброго дядюшку, да?
— Послушайте, Брэнд…
— Плевал я на вас! Не хочу видеть ни вас, ни кого-либо другого. Никаких одолжений ни от кого мне не нужно. Понимаете?
Наблюдая за Брэндом, за его темными, горящими глазами, Дэмон неторопливо закурил сигарету. Понять парня довольно трудно. Его лицо выражало отвращение, безрассудный, безудержный гнев, но в то же время нельзя было не заметить, что это гордый человек и что он способен быстро восстановить свои физические и душевные силы. Свободолюбивый мятежник. Такие всегда рано или поздно попадают в беду. Дэмон с болью вспомнил Девлина, Рейбайрна, Клея, таких же гордых и гневных… К этим людям нужен особый подход, им нужно обязательно в чем-то уступить, и они отплатят сторицею.
Впрочем, возможно, на него вообще ничто не подействует.
— А я почему-то думал, Брэнд, что у вас больше гордости, чем оказалось в действительности, — тихо сказал Дэмон.