Бёркхардт закончил. Теперь приступили к обсуждению деталей операции. Крайслер заинтересовался и стал слушать внимательно.
— А какова там дорога, — спросил Свонсон, — между Даломо и Фотгоном?
— Покрыта четырехдюймовым слоем щебенки, генерал, — ответил Фаулер.
— На всем протяжении?
— Нет, только до Менангаса. От этого пункта идет простая грунтовая дорога.
Свонни вопросительно посмотрел на него:
— Вы хотите сказать: простая звериная тропа. Без покрытия?
— Так точно, генерал.
Крайслер видел, как взгляд Свонсона, обращенный к карте, скользнул в юго-западном направлении, вдоль извилистой красной линии, ведущей к взлетно-посадочной полосе, и остановился на густо заштрихованном яйцевидном пятне, которое обозначало скопление значительных сил противника ниже аэродрома, оседлавших дорожный узел.
— Старая шоссейная дорога из Рейна-Бласки раньше была мощеной, не так ли?
— Да, она не доходит до Менангаса на четыре-пять миль.
— Может, японцы позаботились продолжить ее? Правда, обычно они этого не делают.
— Мы не имеем никаких данных о проведении каких-либо работ на этом шоссе, генерал.
— Понятно. — Свонсон вновь перевел взгляд на карту. — Ну, что ж, нам остается наилучшим образом воспользоваться тем, что есть.
В первый раз за это утро заговорил Сэм:
— Да, и вы должны будете прибыть вовремя, Свонни. Моим ребятам предстоит тяжелый бой.
«Суют в самое пекло, — подумал Крайслер. — Вот чем оборачивается высокая боеготовность. Нас только что на крест не поднимают да под топор не кладут». И посмотрел на Мессенджейла, но лицо командира корпуса было непроницаемо: тот наблюдал за Сэмом, который просматривал оценку группировки японских войск, подготовленную разведкой и размноженную на мимеографе.
Дэмон медленно поднял голову.
— Генерал…
— Что такое, Сэмюел?
— Вы сказали, что дивизия генерала Бэннермана должна находиться на плавсредствах в резерве корпуса…
— Да, правильно.
— В таком случае, — продолжал Дэмон после небольшой паузы, — я полагаю, она будет использована для поддержки высадки главных сил десанта на участке «Блю».
Мессенджейл поджал губы, его глаза сделались почти бесцветными.
— Я хочу держать дивизию здесь, в районе мыса Фаспи, чтобы ее можно было выдвинуть в любом направлении в зависимости от обстановки.
— Но поскольку высадка главных сил производится на участке «Блю» и главные силы противника сосредоточены в районе к югу от взлетно-посадочной полосы, подкрепления в первую очередь потребуются именно на этом участке.
Некоторое время они молча смотрели друг на друга. В конференц-зале воцарилась глубокая тишина. Наконец Мессенджейл улыбнулся:
— Не беспокойтесь, Сэмюел. Мы предусмотрим развитие событий. Я не думал, что прославленная пятьдесят пятая потребует дополнительной поддержки.
— Нам придется вынести всю тяжесть ударов главных сил противника, генерал.
— Именно поэтому я и выбрал вашу дивизию. Я безгранично уверен в ее отваге и героизме.
Это было занятно. Со своего места Крайслер видел лишь неполный профиль Сэма и тем не менее заметил, что по его лицу прошла едва заметная тень. Когда тень исчезла, Сэм суховатым, глухим тоном ответил:
— Я передам это солдатам, сэр.
Затем участники совещания обсудили направления ложных ударов и план прикрытия острова Негрос. После этого заслушали доклад полковника Кэррутерса, начальника отдела военной администрации штаба корпуса, о филиппинском населении и силах партизан под командованием Мендереса. Время приближалось к полудню, и Мессенджейл сказал:
— Ну что ж, джентльмены, по-моему, начало великолепное. Предлагаю сделать перерыв на ленч, чтобы дать возможность сомневающимся рассеять свои сомнения, а исполнителям — проникнуться решимостью выполнить то, что им полагается. Спенсер, — обратился он к Мурто, и тот опять заморгал, ошеломленный таким обращением, — не свяжетесь ли вы при первой возможности с адмиралом Кинкейдом?
— Да, свяжусь, генерал.