Перед наступлением темноты из джунглей к переднему краю вышли трое: капрал и два рядовых из батальона Баучера. Сейчас они лежали на земле, запрокинув голову, в позе, говорившей о крайнем изнеможении. Двое из них были ранены, и, пока санитары оказывали им помощь, они отвечали на вопросы генерала короткими односложными фразами. Сначала их часть подверглась огневому налету из легких минометов, мины накрывали их с правого фланга и с тыла. Потом их начали косить огнем пулеметов «намбу», и вдруг со всех сторон на них полезли японцы. Мартин был убит. Айноура тоже. Они отступили, попытались организовать оборону, на короткое время задержались, затем отступили снова. К этому времени их часть разгромили, остались изолированные кучки солдат, без связи, без боеприпасов. Позже им удалось ускользнуть от японцев, они начали искать свое подразделение или хоть кого-нибудь. Но им попадались только мертвецы.
Капрал, худощавый, узкоплечий, с темными вьющимися волосами, прислонился спиной к стволу дерева и пробормотал:
— Если бы вы знали, ребята, что там только было! Это какой-то ад кромешный.
— Вы видели Крайслера? Или полковника Росса? — спросил Дэмон.
Капрал устало покачал головой и сказал:
— Бреджер сказал, что Крайслер убит. Разрывом мины. Лицо Дэмона едва заметно дрогнуло.
— Ты уверен в этом?
— Нет, генерал. Я ни в чем не уверен. И даже в том, что нахожусь здесь.
— Я уверен, — вмешался один из рядовых, низкорослый светловолосый парень по фамилии Баджиани. — И я уверен, что останусь здесь.
— Ты хочешь остаться здесь? — спросил его Дэмон. — На передовой?
— А что вы понимаете, генерал! — грубо ответил Баджиани. — Они убили моего дружка Томми Спейера, а с ним мы не расставались с первых дней службы. Я был рядом, когда в него попала пуля, но сделать ничего не смог. Я еще не рассчитался с ними, понимаете. — Он держал раненую руку прижатой к боку, но глаза его горели мрачной решимостью. — Дайте мне пару подсумков.
Его направили на левый фланг, где окопалось необычное подразделение, состоящее из поваров и писарей. Капрал, раненный в спину, ушел по тропе, ведущей в район высадки.
— Э, ребята, кто там есть?
Голос был высокий и напряженный, слова, как шелест, донеслись к ним из глубины джунглей. Притчард вздрогнул от неожиданности. По всему переднему краю раздалось щелканье откидываемых предохранителей.
— Эй, где вы там? — настойчиво продолжал голос. — Ребята…
— Лорелей! — окликнул кто-то.
— Видишь ли, я не знаю этого чертова пароля…
— Кто вы такой? — Притчард узнал голос старшего сержанта Лэттимера, находившегося в одном из передовых окопов.
— Мы из батальона Баучера. Нас здесь пять человек. Дайте нам подойти, хорошо?
— Эй, пальните ракету, чтобы разобраться, — обернулся сержант Лэттимер назад, к командному пункту.
Притчард взялся было за ракетницу.
— Нет, нет, ради бога, никаких ракет! — снова раздался голос. — Здесь кругом японцы. Послушай, у нас раненый парень. Вы только не стреляйте…
— Как тебя зовут? — спросил Лэттимер уже мягче.
— Родригес, Лоу Родригес… — Затем быстро, сердито: — Какая тебе, черт возьми, разница, как меня зовут? Ради бога, разрешите нам подойти. Нам и так нелегко пришлось…
— Ладно, — ответил Лэттимер. — Идите.
Послышалось торопливое, осторожное шуршание; пустые консервные банки и патронные обоймы, подвешенные к проволочному заграждению, весело зазвенели на разные голоса, как колокольчики на шеях коров.
— Огонь!
Притчард в изумлении повернулся. Рука Дэмона легла на плечо пулеметчика, склонившегося над пулеметом у передней стенки окопа.
— Открыть огонь!
Голова пулеметчика в каске рывком повернулась назад.
— Что? Но… они же…
Дэмон резко толкнул пулеметчика в затылок:
— Открыть огонь, я сказал!
Пулемет подпрыгнул, из его дульного среза с оглушительным грохотом внезапно, вырвалась вспышка голубого пламени в полфута длиной и в ночной мрак полетели смертоносные оранжевые шарики — трассирующие пули. Притчард скорее услышал, чем увидел, как генерал зарядил ракетницу. «Старик совсем спятил на старости лет», — подумал он с ужасом. Кто-то истошно завопил: