Кто-то протестующе заворчал, но Дэмон никак не среагировал на это: пусть злятся, это лучше, чем паника.
Переходу, казалось, не будет конца. Они дотащились до леса, прошли через него, направились к видневшемуся на горизонте холму, потом к следующему. Прошел небольшой дождь, но после него солнце стало припекать еще сильнее, от намокших рубах поднимался пар. Когда раздался сигнал остановиться, все попадали на землю словно подкошенные.
— Пять минут отдыха! — передали из головы колонны. — Пятиминутный привал.
— Пять минут! — проворчал Кразевский. — Как будто трудно дать хотя бы десять минут. Проклятый марш… — Ты же хотел попасть туда как можно скорее, Краз, — заметил Тэрнер.
— Ничего, подождут.
В голове колонны раздался второй сигнал, пронзительный, настойчивый. Дэмон поднялся на ноги и скомандовал:
— Привал закончился. Вставай! Становись!
Стало еще жарче. Каждый шаг давался им теперь с огромным трудом. Дэмон натер водяную мозоль на пятке левой ноги; она прорвалась, и пятку кололо теперь, как иголкой. На потные лица оседала мельчайшая пыль, стекавшие по ним ручейки придавали всем вид раскрашенных клоунов или крепко подвыпивших людей. Многие спотыкались, отставали и даже падали.
— Подтянись! Не отставай! — требовательно покрикивал Дэмон.
К полудню колонна вышла на широкое мощеное шоссе, забитое людьми, французскими пехотинцами, крупными орудиями и повозками с боеприпасами и различным имуществом. В стороне от шоссе, под деревьями небольшой рощицы, расположилось подразделение военной полиции. Полицейские с аппетитом опустошали содержимое каких-то консервных банок.
— Эй, ребята, — крикнул один из них, махнув рукой с черной повязкой в сторону взвода, Дэмона, — у вас такой вид, будто вы голодные. Не хотите ли перекусить с нами?
Маленький Тэрнер проворчал какие-то бранные слова, а Рейбайрн, добродушно улыбаясь, крикнул:
— Но влезет ни кусочка! Сыты по самое горло.
— А по твоему виду этого никак не скажешь, — продолжал полицейский.
— Ха, мы нажрались так здорово, что отощали от своего же веса…
Колонна продолжала двигаться все тем же форсированным маршем, обгоняя артиллерийские установки и повозки. Девлин на минутку отстал от взвода и с беспокойством спросил Дэмона:
— Что, Сэм, немцы опять прорвались?
— Не знаю, вряд ли, — ответил Дэмон. Он не думал, что немцы прорвались. В этом случае были бы и другие, более зловещие признаки. Но почему же они так спешат? Почему их гонят куда-то без отдыха день и ночь?
День близился к концу, висевшее над ними солнце приближалось за их спиной к горизонту, а они все шли и шли. Солдаты двигались упрямо, как роботы, с одеревеневшими лицами и подернутыми пеленой глазами, прихрамывая на стертые ноги. Фляги были опустошены уже несколько часов назад. Теперь солдаты не задавались вопросом, далеко ли. Они слишком устали, чтобы думать о чем-нибудь, ругаться, роптать или даже чтобы подшутить над кем-нибудь.
Колонна снова вошла в лес, на этот раз более густой и мрачный; здесь наконец прозвучала долгожданная команда: двухчасовой отдых! Солдаты сразу же рассыпались в разные стороны и распластались под деревьями. Большинство, положив рядом с собой винтовки, тотчас же заснули. Девлин разыскал в какой-то разрушенной ферме колодец и, взяв с собой нескольких солдат, отправился наполнить водой фляги. Дэмон переходил от одной группы лежащих на земле солдат к другой.
— Лейтенант, я больше не смогу идти. Я уверен, что не смогу…
— Почему, Меклар?
— Посмотрите сюда. — Меклар поднял босую ногу, на которой вздулась водяная мозоль величиной с полудолларовую монету. — Не могу же я идти с такой штукой…
— О, хорошая мозоль! Точно такая же, как у меня.
— У вас?
— Конечно. Эта прелесть не обходит почти никого. Ну-ка, давай посмотрим, какая она у тебя. — Дэмон ловко проткнул мозоль перочинным ножом, срезал омертвевшую кожу и осторожно наложил повязку. Меклар с изумлением наблюдал за ним. — Ну, вот и все. Повесь носки на дерево, пусть они немного просохнут, понял?
— А ведь могли бы подвезти нас на грузовиках и подальше, правда, лейтенант? — спросил его Брюстер.
— Конечно, могли бы, — улыбнулся ему Дэмон, — но такой уж порядок в армии, Тим. Мы не раз убеждались в этом, так ведь?
— Да, теперь и я начинаю убеждаться.
— Ну то-то!
Дэмон поговорил с Кразевским, потом снова повернулся к Брюстеру, но тот уже спал как убитый.