– Пап, долго ещё нам тут сидеть? – я спросила отца, пытаясь хоть как-то отвлечься от своих мыслей.
– Думаю, что да… – тяжело вздохнув, ответил он.
Папа, как и я, не притронулся к еде. Мы просто сидели и делали вид, что нам весело.
– Отлично выглядишь сегодня… – смущённо добавил папа.
– Это всё платье, мама его выбирала, – я закатила глаза и начала играть с вилкой.
Мама постаралась на славу. У меня самый лучший стилист, визажист, платье от лучшего дизайнера. На мне было надето серебристое платье в пол. На тоненьких бретельках платье струилось и сверкало на мне. На спине большой вырез, так что время от времени мне становилось холодно. Волосы убраны наверх, на свадьбу мне подарили дорогие ювелирные украшения, так что пришлось надеть тяжелые бриллиантовые серьги и браслет. Очевидно, кто мне их подарил – мистер Стоун. Я таращилась по сторонам, чтобы хоть как-то отвлечься. Позади меня сидел Джозеф, с прошлой нашей встречи он стал моим личным телохранителем. Как только я не пыталась избавиться от него, издевалась и даже била его, но ему хоть бы что, он выполнял приказ Стоуна. По всему периметру стояли охранники и тоже не сводили с меня глаз. Они были предупреждены, что я могу что-нибудь натворить. Я попыталась посчитать сколько их здесь, но сбилась со счёта после пятидесяти.
– Я уже не могу здесь сидеть, – я протянула, бросая вилку в пустую тарелку.
– Потерпи, дорогая… – папа успокаивал меня.
– Это не свадьба, а жертвоприношение… – я стала жаловаться отцу.
– Я знаю, прости меня за это… – опустив глаза в свою тарелку, проговорил папа.
– Может, пойдем, потанцуем? – раздался противный голос Майкла.
Я обернулась и злобно посмотрела на него. Уже представила, как беру свою вилку и вонзаю её в его руку.
– Я лучше повешусь, но не стану танцевать с тобой… – я прошипела так, чтобы это услышал только Майкл.
– Ведешь себя глупо, что гости подумают? – озираясь по сторонам, парень начал шипеть.
– Пускай узнают правду, невесту насильно выдают замуж… – я грубила.
– Ну-ну, в первую брачную ночь ты по-другому заговоришь… – он заулыбался.
– Притронешься ко мне, и я убью тебя, – я пригрозила.
Его слова ещё больше вывели меня из себя, я была готова наброситься на него с кулаками прямо сейчас.
– О, ещё как притронусь, и скажу больше, тебе понравится… – облизывая губы, сказал Майкл.
Я почти замахнулась и хотела врезать ему, но тут заиграла до боли знакомая музыка. Меня передернуло от боли и тело начало дрожать. По коже пошли мурашки, я быстро повернулась к папе.
– Её не было в списке! – я почти рявкнула.
Всё, что я сделала для свадьбы, так это составила список песен, которые буду играть на праздничном ужине и на свадьбе.
– Дорогая, я не понимаю… – папа стал оправдываться.
Я мысленно кричала «Кто-нибудь, выключите эту песню», но поняла, что её исполняют приглашённые музыканты. Я хотела соскочить с места и попросить их прекратить, но было поздно, певец уже начал петь первые строчки.
Мудрецы говорят: спешат лишь дураки
Но я не могу не любить тебя.
Если я останусь,
Будет ли это грехом?
Ведь я не могу не любить тебя…
– Нет… – я пропищала, чувствуя, что слезы наворачиваются.
– Мистер Бёрд, можно пригласить вашу дочь на танец… – раздался за спиной до боли знакомый хриплый голос.
Я ахнула и открыла рот от удивления. Увидев слезы на глазах Джесс, я тотчас повернулась к говорящему.
– Гарри… – я прошептала.
Глава 62
Гарри стоял напротив и не сводил с меня глаз. Только он смотрел на меня так, что моё сердце могло трепетать или остановиться вовсе. До боли знакомый, родной взгляд. Этот прищур, голубые глаза, небольшая ухмылка, по которой я безумно скучала. Если бы умела рисовать, нарисовала бы его портрет закрытыми глазами. Всё это время разлуки я видела его лицо, когда засыпала и просыпалась. Он был моим сладким миражом, спасал от моего тёмного мира. Только рядом с ним я чувствовала себя живой, и сейчас он стоял рядом со мной. Казалось, что мы никогда не расставались. Не было всех этих бессонных ночей, не было моих слез. Он ничуть не изменился, всё тот же теплый взгляд, самая красивая улыбка. Мои глаза начали блестеть от слез, я нервно сглотнула. Оглядев Гарри, я была приятно удивлена, никогда не видела его в костюме. Черный костюм подчеркивал его крепкое тело, а черная рубашка была расстегнута на первые две пуговицы, обнажая его загорелую кожу на шее и груди. Он выглядел иначе, не как Гарри – парень в толпе, а как статный мужчина, от которого невозможно отвести взгляд. Гарри так и не подстригся, но уложил волосы, зачесав их назад. От парня исходил магнетизм, все, кто был за столом сейчас, смотрели только на него.