В этот момент, едва успев договорить, она вдруг рассыпалась легкой дымкой и исчезла.
«...я читала, что умершие люди, бывает, ходят среди нас, когда не понимают, что они умерли. Но едва стоит им или кому-то ещё это понять - они тут же рассыпаются легкой дымкой и возносятся вверх...» Я осталась стоять, опершись о стену. Казалось, в баре совсем ничего не изменилось. Лишь старик у стойки вдруг замолчал и застыл неподвижно. Но очень быстро встряхнулся и продолжил монолог, хотя и не столь рьяно, как до этого. Изменилось лишь мое ощущение. Теперь я совсем не чувствовала жизни в этом месте. Люди напивались, весело переговаривались, шумел людской океан голосов, разбавленный приглушенными течениями музыки... но мне здесь было удушливо мертво. Попятившись к порогу, я вывалилась на улицу.
Порой даже в самой смерти больше жизни, чем в тех, кто живет бурно, суетливо, но бестолково. Бессознательная бессмысленность - вечный проводник, быстрейший проводник в царство смерти. Я шла по освещенной фонарями улице, и образ старушки, сетующей на то, что мертвым не место среди живых, никак не выходил из головы. Вот только она не поняла, даже уже будучи по ту сторону реальности, что здесь живые в меньшинстве. Что если это она была случайной Живой в мире мертвых?..