— Даже не знаю, что сказать. Дело в том, что сегодня был мой последний рабочий день.
— Что? — подозрительно посмотрела на меня астролог.
— Да, — я стиснула руки. — Долгая история. Меня вынудили освободить место, — я почувствовала, как мой голос начинает дрожать. — В общем, в нашем городе слишком много бухгалтеров, сидящих без работы. И мое место, как бы сказать…
— Вакантное? — подсказала Аида Геннадьевна.
— Да-да, точно. Стоило только Льву Анатольевичу с чемоданом да за дверь, как меня через день его заместитель «попросила».
Аида Геннадьевна внимательно посмотрела на карту, которую она достала из колоды.
— Ты где-то допустила промах, поэтому и уволили?
Передо мной вновь возникла унизительная сцена в директорском кабинете. Помощница руководителя вызвала меня к себе «на разговор». Я зашла к ней ровно через минуту с колотящимся сердцем и побелевшими пальцами. Чувствовала, что ее вызов добром не кончится. Василиса была на взводе. Без лишних церемоний, она бросила на стол конверт, который я недавно отправляла одному из клиентов в другой город. Я не понимала, почему конверт сейчас лежит здесь. Оказалось, что я ошибочно указала не тот почтовый адрес. Письмо с важными документами получил другой клиент, который выслал его назад. Но документ должен был прибыть к нужному клиенту вовремя, из-за чего наша организация не получила приличную сумму денег и не смогла расплатиться с банком по лизинговым платежам.
— Мне ужасно жаль. Давайте я отправлю эти документы клиенту через электронный документооборот? Это же то же самое, что и бумажный вариант, — нашлась я, чувствуя себя умным и грамотным бухгалтером.
— Нет, — отрезала Василиса, злобно сверкнув зелеными глазами. — Ты уволена.
Меня будто ударили под дых. Уволили! Сейчас, когда мне нечем платить за квартиру! Когда у меня не осталось денег даже на куриный фарш. Да еще и в преддверии праздников. О, боже мой. Пошатнувшись, я оперлась руками о стол.
— Василиса, можно я хотя бы доработаю месяц? Мне совсем не на что жить, — начала я, чувствуя себя отвратительно от необходимости унижаться.
Василиса выгнула одну бровь и презрительно усмехнулась. Она сложила руки на груди и безапелляционно выдала:
— Раньше надо было думать. Мне надоело исправлять твои косяки. Не умеешь работать — свободна.
С обжигающе горящими щеками, я вышла из кабинета директора и прошла в бухгалтерию. Восемь пар глаз бухгалтеров уставились на меня. Главбух спросила:
— Уволили?
Я кивнула, прошла к своему рабочему месту и начала наводить порядок на столе, тупо просматривать ящики, запихивать чайные ложки, кружку, пачку вскрытого печенья и чайные пакетики в сумку. Все это время никто из коллег не шевелился. Не щелкали клавиши компьютеров, не звонили телефоны, не отправлялись сообщения, не делались нужные записи, не заполнялись бумаги. Жизнь словно замерла на одном месте. Даже в приоткрытое окно не поступал освежающий воздух. Ничего. Полный штиль. И тишина.
— Жалко, — произнесла главбух.
И тут из моей сумки на всю катушку заголосил телефон. Мое сердце подпрыгнуло, и я вместе с ним. В глубокой тишине трезвонящий телефон выглядел так же неуместно, как если бы он заорал в библиотеке. Покраснев еще сильнее, я засунула руку в сумку и еле-еле, на самом дне, нащупала разрывающийся смартфон. Звонила Аида Григорьевна.
— Ну, а после этого, я покинула офис, дошла до остановки, заперлась в убитый автобус, и доехала до вас, — шмыгнув носом на последних словах, сказала я.
Глава 2. Автобусный конфуз
Аида Григорьевна примирительно улыбнулась и показала мне карту. Два ребенка стоят на фоне яркого желтого солнышка. Карта «Солнце». Я вопросительно посмотрела на астролога-таролога.