- Вот эту комнату я должен был бы сейчас красить, - сказал он.
- Здесь будет третья спальня?
- Пока не знаю. - Алек повел Касси вниз, на кухню, где в каком-то сложном приборе варился кофе. - Как тебе нравятся мои оформительские начинания?
- Я бы лучше не придумала! - ответила она и отпила темный и ароматный кофе. - Гмм, замечательно. Хоть ты и неважнецкий повар, но кофе у тебя отменный.
Они посидели еще немного на кухне, такой яркой и приятной, но через некоторое время Алек предложил перейти в гостиную послушать музыку. Касси направилась к уютному полосатому дивану; послушавшись Алека, скинула туфли и, вздыхая от удовольствия, подтянула ноги и откинулась на подушку. Она одобрительно улыбнулась, услышав знакомые звуки сложной и мастерски исполненной фортепьянной музыки Джорджа Ширинга.
- Как хорошо, - сказала она, позевывая. Извини. Уверяю тебя, это совсем не со скуки.
Алек слегка отодвинул ее босые ноги и уселся на другой конец дивана.
- Как специалист, я бы сказал, что это оттого, что ты ложишься за полночь. Эти круги под глазами у тебя не из косметической шкатулки.
Касси посмотрела ему прямо в глаза.
- Алек, я не полуночничала. Это от бессонницы.
Он выдержал ее взгляд.
- Последствия взлома или затруднения с книгой?
- И то и другое. Но не только это. - Она вдруг насупилась и села прямо. Если хочешь знать, Алек Невиль, это из-за тебя я потеряла сон.
Его лицо стало строже.
- Почему?
- Что значит "почему"? - Она снова опустилась на подушку и отвернулась. Ты был совершенно невыносим в то утро...
- В то утро, когда я просил тебя выйти за меня замуж, - перебил он ее. Касси вскинула на него возмущенный взгляд.
- Не просил! Ты вообще не упоминал об этом.
Алек погладил ее ногу и пересчитал указательным пальцем покрытые розовым лаком ноготки.
- Мы уже говорили об этом. Предлагаю забыть то утро, и последующий вечер тоже. - Он с нетерпением вскинул голову. - Хватит ерунды, Касси. Неужели ты не понимаешь, что мы созданы друг для друга? Ты виновата в том, что мы целых десять лет жизни провели в разлуке. Теперь тебе не двадцать лет, ты уже взрослая женщина. Должна же ты когда-нибудь устроить свою жизнь.
Если это было предложение - что бы там Алек ни предлагал, - ей казалось, что как-то у него это получалось нескладно.
- Так ведь я уже устроила свою жизнь, - горячилась она. - Я сама зарабатываю, у меня собственный дом...
- Не собираешься же ты провести остаток жизни одна в этом кукольном домике!
- Почему?
- Потому что ты создана для того, чтобы выйти замуж, иметь семью и, если нам с тобой суждено, рожать детей, упрямая ты ослица! - Алек больно сжимал рукой ее щиколотку и не сводил с нее глаз. - Нам хорошо вместе, Касси.
С нашей самой первой встречи. Ты же знаешь.
Ведь ничто не изменилось: стоило мне увидеть тебя по ту сторону моего стола, как я понял, что до сих пор ты единственная в мире женщина, которую я когда-либо желал. - Он пригнулся к ней, придвинул горящие глаза к ее глазам. Я так долго не приходил к тебе, чтобы посмотреть, смогу ли жить без тебя. Так вот: не могу! Посмотри мне прямо в глаза, попробуй скажи, что и ты не чувствуешь то же.
Касси с вызовом смотрела на него.
- Тебе не претит, - выговорила она наконец, - что тем временем я, как ты выразился, изрядно поупражнялась в сексе?
Его брови слились в черную черту.
- Касси, я был зол. Я не имел права так говорить.
Касси уперлась ладонью в его плечо и попыталась оттолкнуть его.
- Что верно, то верно!
- Забудь, что я сказал это. - Он поймал ее руку и прижал к своей груди, чтобы она почувствовала, как сильно бьется его сердце. - Ну скажи, почему мы должны вечно жить в разлуке? Ради Господа Бога, Касси, давай поженимся! Вдруг он выронил ее руку и отодвинулся в самый конец дивана. - Или ты не можешь, не любишь?
Она покачала головой.
- Что ты, Алек, не стану притворяться, будто все эти годы я сидела и чахла, но стоило мне тебя увидеть, как я тут же поняла, что ни на минуту не переставала любить тебя. Но выйти замуж - значит отказать себе в таких вещах, к которым я успела привыкнуть.
- Назови, кроме своего коттеджа, хоть что-нибудь, что имело бы значение и чего ты лишилась бы, выйдя замуж за меня, - перебил он.
Она криво усмехнулась.
- Ну хотя бы моей независимости. Ты никогда не давал мне делать то, что я хотела. С тех пор как ты стал зрелым мужчиной, сделалось только хуже.
- Чушь! - с убеждением возразил он. - Неужели я не дам тебе писать? Черт возьми, Касси, я же горжусь твоим талантом.
Она вздохнула.
- Но сейчас я пишу, когда хочу. Я стараюсь придерживаться некоторого распорядка, но это факт: при моем нынешнем образе жизни я могу поработать подольше вечером или весь выходной день, если мне вдруг захочется. Теперь мне не удастся так поступать, так ведь?
Алек пожал плечами.
- А что, разве это трудно? Не такая уж смена образа жизни. Просто тебе придется слегка приспособиться. - Он отвернулся. - А если бы ты была здесь, рядом со мной, я бы мог не беспокоиться о том, угрожает ли тебе что-нибудь там, в твоей глуши.
У Касси загорелись глаза.
- Алек, ты в самом деле беспокоишься обо мне?
- Ну конечно же! - взревел он, притянул ее к себе и стал так целовать, что она поняла: терпение его иссякло. Он поднял голову с торжествующей улыбкой. Знаешь, для чего та комната осталась совершенно пустой? Чтобы ты смогла сама ее обставить, как захочешь. Там будет твой кабинет.
Ее глаза заискрились лукавством.
- Ну что же ты до сих пор не сказал? - Она поцеловала его, потом слегка отстранилась и потерлась щекой о его щеку. - Я буду так рада, очень рада выйти за тебя замуж! Нет, Алек, пожалуйста, подожди! Дай мне время свыкнуться с этой мыслью!
Он крепко обнял ее.
- Почему ты не в состоянии просто согласиться, Касси Флетчер? Хорошо, дам тебе время: две недели. Хватит?
Глава 10
Как ни уговаривал Алек, Касси слышать не хотела о таком коротком сроке. Она хотела сперва закончить книгу, потом без суматохи подготовиться к венчанию, а уже после венчания играть свадьбу, на которую все близкие и дорогие придут, чтобы пожелать им счастья.