– Рональд, прекрати! Так получилось! – попыталась вступиться за парня Роза.
– Я что, позволял вам открывать рот?! – взревел Айвери, обернувшись к вернувшимся женщинам, и те испуганно примолкли.
И всё же Роза попыталась ещё раз объяснить взбешённому лидеру, как случилась беда:
– Но ведь Стивен…
– Мне плевать на причины, по которым этот придурок пошёл один охранять женщин! Мне плевать на отговорки! Мне плевать… – Рональд повернулся к Дану, хватая его за воротник и грубо подтягивая к себе. – Мне плевать, как ты их вообще отобьёшь! Ты позволил взять их в плен – ты их и вернёшь, молокосос!..
Старик… Как же Дану сейчас не хватало Старика, который задержался где-то там, куда все вместе поехали он, Рональд и Йохан Беккер. Старик бы прикрыл его от гнева главы номада. Старик бы выслушал, что случилось и как случилось. Но Старик ещё не вернулся, в отличие от остальных.
– Ты всё понял, Дан? – спросил Рональд, всё ещё держа парня за воротник.
Дан поднял руки, обхватил запястья лидера номада и крепко сжал. У любого другого такой фокус бы не прокатил, но в исполнении Дана и не такое прокатывало. Рональд выдержал секунд пять, а потом был вынужден разжать пальцы и отпустить воротник.
Дан, в свою очередь, разжал стальную хватку на запястьях лидера номада, поправил воротник и хмуро ответил:
– Я тебя услышал, Рональд…
Он развернулся и под взглядами всех собравшихся членов номада зашагал к фургону, возле которого лежала его винтовка. Повесив её за спину, Дан молча зашёл в фургон, открыл ящик с запасом патронов, набил подсумки и направился к загону с воллами.
– А ты куда собрался, Мигель!? – раздался за спиной крик Рональда.
– Туда же, куда и другой виноватый: исправлять свою ошибку! – ответил ему мрачный голос Мигеля.
Дан обернулся. Мигель, с винтовкой и двумя револьверами в кобуре на левом боку, догонял его. И остановился он, только чтобы ответить главе номада.
– Я послал Дана отбивать женщин! – красный от злости Рональд пытался сохранить спокойствие.
– Ты послал одного человека спасать мою сестру? – Мигеля вообще не тронула злость Рональда, он только бровь дугой выгнул.
Неожиданно из-за своего фургона вывернул Иоганн. Судя по решительному лицу и количеству оружия, тоже готовый отправиться в путь.
– И мою? – добавил он, хмуро уставившись на Рональда. – Скорей, ты решил убить и Дана, и наших сестёр, Рональд.
– Между прочим, где вы были, умные такие, когда всё произошло? Чего вы всех собак на парня вешаете? – крикнул один из старичков-касадоров.
– Да, Рон, как-то не очень… – согласился Стивен. – Пускай едет вся молодёжь. Женщин в одиночку Дан не выручит.
Бунт. Рональд устало оглядел собравшихся членов номада, выбирая, как поступить в этой ситуации. По-хорошему, надо было бить. Со всей дури и без лишних реверансов.
Но даже такие глыбы, как Рональд Айвери, иногда устают. Особенно, когда к бунту присоединяется родной брат.
– Делайте, что хотите! – Рональд, наконец, сделал выбор между бить или плюнуть.
Он смачно плюнул на землю и пошёл к своему фургону.
Через несколько минут Дан во главе отряда из десяти молодых касадоров покинул лагерь и направился к ручью, чтобы сесть на хвост похитителям женщин. Иоганн, Мигель, Пётр, Вульф, Себастиан, Ионатан, Бенедикт, Вильям – все те, с кем он рос, взрослел, дрался, ссорился и мирился. Все они отправились с ним…
И даже молодой Ламмерт не остался в стороне, потому что чувствовал свою вину за произошедшее. Конечно, он тогда выполнил всё, что сказал ему Дан, но трое касадоров постарше, как и предполагалось, просто послали его к чёрту. А тех же Иоганна и Мигеля парнишка просто не успел в тот злополучный момент найти.
Тем временем в лагере воцарилось уныние. Соседи поглядывали на номад Айвери, но пока ещё не предлагали свою помощь. Их сборщики потрошили остатки стада роллфельдов, в то время как понурые сборщики номада Айвери сидели в лагере, практически лишившись руководства и охраны. Рональд заперся в фургоне и слал всех к черту. Ну а Стивен только пожимал плечами, и людям оставалось лишь гадать, когда же всё это закончится.
Под вечер вернулся Старик. О том, что произошло, и какое решение принял лидер номада, он узнал уже из вторых рук. Но если от него ждали возмущения или злости, то ничего из этого не последовало.
Старый касадор остался спокоен, хотя и покачал неодобрительно головой.
– Он хотел послать одного Дана, старый пень! А ты так спокойно всё выслушал!.. – не выдержала Роза, горя праведным возмущением.