--- Что? --- Спросил Кэрроу.
--- Артур в поместье, --- шёпотом доложилась жена. Уильям чуть нахмурил брови. Он знал о распоряжении Элишии для его сына, - находится при Хенрике неотлучно в течение трёх недель. Ослушание грозило всяческими карами, начиная, от недовольства королевы и заканчивая, серьёзным наказанием в виде королевской порки.
--- Где он?
--- У себя в комнате... переодевается...
--- Зачем?
Констанция совсем расстроилась и погрустнела. В тонких ухоженных руках она стиснула маленький льняной платочек. Глаза женщины заблестели. Она не красила ресницы и могла позволить себе заплакать в любую минуту, если случаться таковые обстоятельства.
Уильям наоборот начал сводить брови.
--- Ты был в архиве и я не стала тебя беспокоить. Артур уже приезжал в поместье сегодня, несколькими часами ранее. Он переоделся в джинсы, футболку и куртку и взял скутер... теперь вот - вернулся..
--- Та-ак! --- Кэрроу низко наклонил голову, насупился и широко зашагал по коридору в сторону комнаты сына. Констанция, с прямой спиной - никакие обстоятельства не могли заставить её согнуться, засеменила следом. Уильям не поворачиваясь, громко бурчал. Он не сомневался - жена ловит каждое его слово.
--- Ему нельзя покидать дворец и Хенрика! Если Элишия узнает об этом, его накажут! Ты должна была отказать ему в поездке на скутере! Ты должна была отправить его обратно! Ты должна была информировать меня сразу!
---... О, древние эльфы... Уильям! Он совершеннолетний! Уже восемь лет! -- напомнила супруга очевидное. --- И может позволить себе самостоятельные поступки!
Они дошли до лестницы и стали подниматься наверх. Лестница была узкой, винтовой и Кэрроу пропустил Констанцию вперёд, дабы поддержать женщину, если та оступится на ступеньках.
Поднимаясь, супруги продолжали переругиваться. Звук их шагов и голосов эхом спускался и гулял по коридору, который они прошли. За дверью архива, прислушиваясь к ним, сидел грустный Круф.
--- Допустим. Он волен принимать решения и поступать самостоятельно... Тогда почему ты уведомляешь меня сейчас?
Бедная матушка Артура страдальчески опустила уголки губ. Она и в самом деле изначально не собиралась беспокоить любимого супруга по такому ничтожному поводу, как явление Артура в поместье и его поездка в город. По крайне мере до тех пор, пока сын не вернётся обратно во дворец. Позже - за ужином, а лучше в супружеской спальне можно было невзначай сообщить Уильяму, что вот мол, днём приезжал Артур...
Просто, когда мальчик вернулся, ей показалось, что он несколько изменён в состояние духа. Глаза Артура сверкали ненормальным блеском, он был чрезмерно весел и всю дорогу от холла до дверей своей комнаты обнимал мать за плечи и поминутно чмокал её в висок или щёку. Возбуждённость сына могла быть вызвана неким происшествием вне стен поместья и Констанция сочла, что будет всё-таки лучше, если Уильям узнает прямо сейчас и поговорит с Артуром.
--- Он возбуждён! Наш выдержанный и спокойный мальчик. Поговори с ним, узнай, в чём дело.
Они поднялись наверх, взялись за руки, как часто делали в минуту напряжения или семейных неприятностей и более медленно пошли в сторону спальни Артура. Уильям приводил мысли в порядок, подавлял гнев и заранее выстраивал вопросы. Констанция совершала усилия, чтобы не пустить слезу. Перед лицом любимого чада ей хотелось предстать невозмутимой и спокойной.
Артур у себя в комнате облачался в шелка. От плебейской синтетики, к коей тело было непривычно, на коже пошло раздражение. Артур в зеркале рассматривал досадный нюанс. Где то в глубине души младший Кэрроу подозревал, что матушка непременно вытащит отца из архива и потому не торопился.
В подтверждение догадки молодого человека в дверь комнаты постучали. После нервного вздрагивания Артур проорал. --- Да!
За дверью папаша и мамаша Кэрроу напряжённо переглянулись. Сынок очень редко орёт, когда приглашает войти в свою комнату!
--- Добрый вечер, сын..., --- ласково проговорил старик Уильям, как только они с Констанцией переступили порог спальни Артура.
--- Здравствуй отец, --- Артур голый по пояс повернулся от зеркала к отцу. Уильям отметил красные пятна на его теле и поставил галочку в голове - пригласить портного и перешить плебейскую одежду на такую же, но из хлопка и льна. Он неторопливо довёл Констанцию до кресла и усадил там. Сам отошёл к окну и стал всматриваться на удивительно прекрасную (отсюда) панораму поверхности "Валуна". Артур за его спиной шуршал, натягивая рубашку и стик. Уильям услышал, как Констанция сказала. --- Я помогу...