- Ни то, ни другое, - отверг предложение Затуловский. - Премного благодарен, но мзду не беру.
- Роман Валентинович, при чем тут мзда? - запротестовал Сергей. - Поймите, трехмиллионный кредит за так - это вам не хухры-мухры, а трудовой вклад в общее дело. За год мы с Додиком приумножим сумму прибыли во много раз, а без вас это было бы немыслимо. Вам что, не нужны деньги?
- Эти - нет.
- Веселенькие дела!
- Зачем омрачать нашу дружбу взяткой?
- Смешной вопрос! Я же веду речь не о взятые, а о деньгах, честно заработанных на коммерции.
- Учтите, Сергей Константинович, мне, юристу, хорошо известно, что взятки бывают двух видов: взятка - подкуп за будущую услугу и взятка - вознаграждение за уже оказанную, - с улыбкой ответил Затуловский и, помрачнев, добавил с оттенком грусти: - Я рад, что напоследок принес вам пользу.
- Напоследок? - Веселость Сергея мигом испарилась.
- Вас это удивляет?
- Не то слово.
- В деле "Человек в футляре" обнаружился досадный прокол, вызванный халатностью моих подчиненных, - вдумчиво объяснил Затуловский. - А на стороне Тизенгауза начали действовать темные силы, о существовании которых я не подозревал... Не исключено, что за мной установят наблюдение, поэтому я решил вывести вас из-под удара, безотлагательно поставив на консервацию. Так что здесь вы в последний раз.
- А как же почта?
- Это не ваша забота. На днях я возложу обязанности почтмейстера на другого человека, а старые дела доведете до конца вы, получая от меня и передавая мне корреспонденцию через Шапиро. Сосредоточьтесь на бизнесе, Сергей Константинович, вы же к этому стремитесь?
- Роман Валентинович, а меня что, снова потащат на допросы?
- Пусть это вас не волнует. Если спросят, как было дело, скажете им чистую правду, к которой при всем желании не подкопаешься. А на всякий случай, чтобы вообще уйти от каких бы то ни было подозрений, советую время от времени наведываться на коллекционерскую толкучку у Елагина моста и в подвал на Римского-Корсакова. Если попадется хорошая финифть - купите, она всегда в цене. Вам это по карману?
- Нет вопросов.
- А вместо "мерседеса" окажите мне услугу - возьмите к себе в штат моего Пичугина, - попросил Затуловский. - Помните его?
Сергей кивнул.
- Олег Илларионович звезд с неба не хватает, но вам он пригодится. Наладит охрану, поможет найти общий язык с таможней, то-се. У меня сложилось впечатление, что служба безопасности в вашем кооперативе отсутствует. В этом смысле и вы, и Шапиро одинаково беспечны. А зря.
- Да уж, от наших сторожей толку как от козла молока, - признал Сергей.
- Вот-вот. Случайного взломщика они, может быть, отпугнут, а перед вымогателями наверняка спасуют. С этой миссией Пичугин справится, он дело знает. На первых порах платите ему тысячу в месяц и требуйте беспрекословного подчинения, а дальше все будет зависеть от результатов: придется он ко двору обласкаете и премируете, а начнет филонить - гоните в шею.
- Нет проблем.
- Ко мне больше не звоните ни сюда, ни на Каляева, - прощаясь, предупредил Затуловский. - Отныне вся связь только через Шапиро. Ну, господин тайный советник в отставке, пожмем друг другу руки и пожелаем ни пуха ни пера?..
Заперев за Холмогоровым дверь, Затуловский поел манной каши и по привычке прилег на кушетку в надежде расслабиться и часок сладко подремать перед возвращением в УБХСС. После разговора с Холмогоровым все уязвимые точки в его оборонительных построениях были прикрыты от неприятельского огня, а гарнизон приведен в боеготовность No 1. Но, вопреки ожиданиям, эта мысль не принесла желанного успокоения - сна не было ни в одном глазу.
53. КОМПЬЮТЕРНЫЙ БИЗНЕС
Идея создать торгово-закупочный кооператив на материальной базе секции "Соки - воды" родилась в голове Давида Шапиро и была одобрена директором гастронома Потаповым, мгновенно сообразившим, что к чему. Новоявленное детище, по предложению того же Шапиро, назвали "Холмогоров и сын", а сокращенно "Холис", после чего приступили к практической деятельности. Через старшего военпреда Зелитинкевича на соседнем почтовом ящике разместили конверсионный заказ на полсотни мангалов с соответствующим количеством шампуров из нержавейки, и вскоре возле каждого одноосного прицепа с желтой бочкой курился аппетитный дымок, призывавший граждан и гражданок не только утолить жажду кружечкой пенистого пива, но и заморить червячка горячим шашлыком из парного мяса. Анна Цымбаревич, назначенная главным бухгалтером и вошедшая в правление "Холиса", изо дня в день оформляла фиктивные документы на закупку за наличный расчет говядины и свинины, а в действительности мясо по госцене поставлял Потапов, запудривший начальству мозги ссылками на то, что покупатели его гастронома, по преимуществу малообеспеченный рабочий люд, не едят свежей бескостной мякоти, отдавая безусловное предпочтение продукту костлявому и замороженному. Давид Шапиро нанял двух карабахских беженцев, мужа и жену, которые ловко разделывали мясо и закладывали заготовки в маринад, и организовал круговую доставку полуфабриката к мангалам, в то время как жарили шашлыки на углях вчерашние учителя, фармацевты, инженеры и библиотекари, чрезвычайно довольные тем, что за световой день зарабатывают почти столько же, сколько раньше за месяц.
По вечерам, когда Анна и Давид в четыре руки подсчитывали выручку, а Потапов, ежедневно являвшийся за своей долей, без устали крякал, любуясь бумажной горой разноцветных купюр, Сергей все чаще и чаще хмурил брови. Не то чтобы ему не нравились легкие деньги, нет, но он кожей чувствовал нестабильность шашлычного промысла, и в особенности своей в нем позиции. На бумаге он председатель кооператива, первое лицо в "Холисе", а по существу всего-навсего ширма для распоясавшегося кагала, который в погоне за длинным рублем пустился во все тяжкие. Его многократные призывы к осторожности натыкались на стену непонимания: Давид уверял, что полностью контролирует обстановку, а Анна просто-напросто отмахивалась от Сергея. На стадии первичного накопления капитала так работают все кооператоры, цедила она сквозь зубы, а если ему претит риск, то насильно его никто не держит.
Терпение Сергея иссякло вскоре после того, как в Ленинграде объявились братья Нахманы, досрочно освободившиеся от трудовой повинности на стройках Архангельской области. Марка и Бориса, по настоянию Анны, приставили к мангалам, где оба развили настолько беспардонную коммерцию в шкурных интересах, что выручка с доверенных им точек упала до смехотворных размеров, едва покрывая затраты на сырье. На правлении взбешенный их наглостью Сергей поставил вопрос ребром, но, к сожалению, мнения разделились поровну - он и Потапов проголосовали за увольнение братьев-разбойничков, а Давид и Анна высказались против, предлагая ограничиться строгим предупреждением. Что оставалось Сергею? Он выждал денек-друтой, подкараулил Марка Себе-Наумовича в командирской баньке, куда тот зачастил без всякого на то разрешения, и колошматил его губастой мордой о полок до тех пор, пока окровавленный подлец не запросил пощады.
В глубине души Сергей побаивался гнева Анны, но получилось наоборот - она стала шелковой, смотрела на него с немым обожанием, а в постели буквально творила чудеса, доводя его до изнеможения. Выволочка, заданная Марку, благотворно подействовала не только на Анну: братья Нахманы держались тише воды ниже травы, сдавая выручку до последней копейки, Давид Шапиро заметно присмирел и уже не позволял себе перечить Сергею, а Потапов по-братски обнял Сергея, буркнув ему на ухо: "Давно бы так!"