Холодный снег
Алена сбросила несколько звонков от Андрея и теперь, работая, поглядывала на сотовый. Уж не решил ли, что маловато оставила? Не хотелось ни оправдываться, ни что-то доказывать ему, ни вообще слышать его голос. Опять упрекнет, что хозяйка из нее никакая или будет уверять в неземной любви?
Хоть в квартиру-то попал?
«Можно, я у тебя на Яблоневой вещи оставлю?»
«Там и так нет места», — начала отвечать Алена и поняла, что опять за что-то оправдывается.
Стерла и написала коротко: «нет».
Да какое ей дело до бывшего супруга? Все нервы уже истрепал! Алена выключила сотовый.
И когда зазвенел рабочий — подпрыгнула на месте.
— Алена, привет.
— Привет, — осторожно ответила Алена Олесе, говорившей почему-то виновато и неуверенно.
— Слушай, я знаю, что ты привыкла к другой зарплате, но ты поработай пока, брату очень надо. Я постараюсь сделать что могу…
— Олеся! — осенило Алену. — Тебе что, Андрей набирал?
— Да, сказал, что ты у Сергея работать не будешь и что Лебедев тебе больше платил.
— Больше «не платил», — усмехнулась Алена. — Знаешь что? Звони-ка ты мне и у меня спрашивай, что и как. Я вернулась домой.
— В смысле?
— Я ушла от Андрея. Помнишь, я говорила, что мы формально развелись? Вышло, что неформально. Он женился. На Ольге из их же конторы.
— Ну и сволочь же! Сколько ты для него… Никогда он мне не нравился! То-то и Лебедев набирал, спрашивал, подошла ли ты, и Андрей… — Олеся определенно повеселела. — Жалеют, что рабочую лошадку потеряли? Знаешь что, может, увидимся в кафе?
— Конечно! Чуть-чуть попозже только, когда вещи разложу.
Говорить, что кафе Алене было теперь ну совершенно не по карману, не хотелось. Шиковать за счет подруги — тоже. Олеся и так перевела пятерку с припиской: «вернешь когда вернешь».
Может, для Олеси это и немного, а для Алены — очень. Алена посмотрела, что где по карте, и развернула бурную деятельность.
Она оплатила сотовый, сменив тариф, положила на кредитку запрошенный минимум. Поколебалась — и все же купила проездной. И еще немного овощей на салат в офисе.
На работе пересчитала деньги и похолодела. С учетом денег за переезд и покупки еды для Тумана осталось всего восемь тысяч! Ну и ладно, жить экономно ей не привыкать.
Под конец дня в каморку к Алене заглянула бухгалтерша. Высокая, полная жизни и… просто полная, как сказал бы бывший супруг Алены. Ее подобные нюансы никогда не трогали. Сам Андрей, хоть и обладал небольшим животиком, всегда считал, что женщина должна быть хрупким идеалом. Постоянно шпынял Алену за…
Алена мотнула головой. Бухгалтершу вчера вечером встречал супруг, судя по всему, нежно любивший свою жену во всей ее красе.
— Алена Сергеевна, а вы что молчите?
— Я⁈ — поразилась Алена и испугалась. Уж не пропустила ли она чего-то по глупости? — Надо было торт принести, да, Валерия Юрьевна? — покаянно спросила она. — Я потом, чуть позже… — пересчитала она в уме свои копейки. «Через день будут скидки», — чуть не вырвалось у нее.
— Разве вам не нужен аванс?
— Мне? Аванс⁈
Если бы из двери показался Дед Мороз, она не удивилась бы больше.
— Вам, вам. Давайте, пишите, — положила она перед Аленой чистый лист. — Алена, вы не помните меня, да?
Алена вскинула голову. Красивое лицо с круглыми щеками и голубыми глазами. Память на лица у Алены всегда была скверной. Валерия Юрьевна сразу показалась ей смутно знакомой, но и только.
Бухгалтерша поправила светлую, отливающую розовым прядь рукой с идеальным маникюром.
— Мы сидели почти рядом с вами три года назад. Я и Олеся. Тогда я работала на Лебедева. Потом меня позвал Сергей… Пишите!
Алена торопливо написала просьбу выдать аванс в размере… Что же написать? «В размере причитающегося оклада» — вывела она и протянула бумагу Валерии.
— А ваш Андрей когда-то звал меня к себе в бухгалтеры, — прохладно сказала Валерия, а Алена чуть было не поперхнулась. Мир строительного бизнеса тесен даже в крупном городе, здесь все всё друг о друге знают. Жаль, что на новой работе тоже. Слава бывшего супруга, сумевшего накопить миллионные долги, теперь будет шлейфом преследовать и Алену.
— Он не мой, Валерия Юрьевна, — твердо произнесла Алена, желая сразу поставить точки над «и».
— Знаю, — отмахнулась та. — Реквизиты давай. И беги быстрее!
Терминал деньги выдал не сразу. Алена, зажав в руке пять тысяч, позвонила поблагодарить Валерию Юрьевну.
— Получила? — обрадовалась та.
— Все пять тысяч, — доложила Алена. Конечно, она рассчитывала на десять, но и пять в теперешней обстановке были неимоверной роскошью.
— Пять? — удивилась бухгалтерша. — Я десять отправила. Ну-ка, ну-ка…
Она застучала по клавиатуре. — Да на тебе кредит висит, дорогая! — ахнула она. — Ты что, не знала?
— Сколько? — пересохшими губами выговорила Алена.
— Двести пятьдесят тысяч.
— Спасибо вам, — стиснув веки, выговорила Алена. — Я знаю, что это за долг.
И что теперь? Звонить Андрею, упрекать в нечестности? Кредит этот в небольшом банке три года назад ей дали с огромным трудом, под ремонт Яблоневой. То-то бывший обрадовался! «Будут деньги начать новый проект! Я верну с первого же аванса! А квартиру отремонтирую сам!» И, когда этот аванс пришел, чтобы не утруждать любимую жену, обязался лично занести деньги в банк. А ей даже в голову не пришло проверить! Да и из банка звонить перестали, и она обрадовалась, решила, что долг закрыт. Фирма, как прожорливый дракон, требовала неимоверных затрат даже когда стояла. А уж когда начиналась работа… Авансов никто не давал, а когда начались неоплаты, этот дракон принялся поглощать своих хозяев. Алена где-то с год назад предложила робко, когда Андрей озвучил, что его позвали на шестизначный оклад, а он отказался: «Так, может, стоило согласиться?» Муж зыркнул глазами и заявил, что на дядю работать не будет, а быть как все не для него. И как же долги? Алена намекнула о банкротстве — она все узнала — но Андрей отмахнулся. И сейчас наверняка отмахнется. Скажет, что она сама виновата, плохо работала, вот и загнала предприятие в долги. А он героически оплатил половину ее кредита!
Опротестовать в суде? Сказать, что брала под давлением? Ерунда. Брала-то она его уже после официального развода.
Алена побежала к трамваю, но тот, против обыкновения, не стал дожидаться неудачницу, захлопнул двери. Алена постояла, вдыхая холодный воздух. Может, это уже последний сюрприз от супруга? Ещё один подводный камень — и она, как Титаник, пойдет ко дну. Ничего. Она же узнавала. Даже если будут снимать ползарплаты, она проживет. А доверенность, завещание? Какая же она идиотка, порвала и рада! Лучше бы на родителей написала.
Время ещё было. Алена села на другой трамвай, решив добраться до нотариуса. Очередь была небольшая, и вскоре они остались вдвоем. Молодая помощница осталась за стойкой, а Алена прошла к знакомой женщине. Та выглядела уставшей и постаревшей.
— Хорошо, что пришли, — тихо произнесла нотариус. — Как я не хотела тогда это делать! Я ведь вас предупреждала, нельзя подписывать такие бумаги! Я знаю, — вздохнула. — Хотя что я вам советую, если родную дочь уберечь не смогла! Светочке два миллиона выплачивать, крутимся всей семьёй как можем. Ведь то, что вы порвали документ, не означает, что вы его аннулировали. Вот теперь все, распишитесь.
Алена торопливо черкнула ручкой. А тогда с жаром возражала, что ее Андрей не такой, он никогда…
— Вы были правы. Зря я вас не послушала. Теперь не знаю, что с долгами делать…
— У вас хоть что-то из имущества осталось? — спросила нотариус.
— Нет, ничего, даже карта под арестом. Хотя…
Алена задумалась.
А ведь была, была развалюха, «мой домик в деревне», смеялся Андрей. Дорого не продать, но сколько-нибудь выручить можно.
— Дойдите до приставов, узнайте, арест только на карту или на все имущество. Думайте о себе, вы молодая ещё, у вас все впереди, — посоветовала нотариус, и Алена от души поблагодарила ее. Молодая? Зеркало отразило усталое лицо с запавшими глазами.
Алена всегда считала дом в Гринево собственностью Андрея. А почему? Куплен он был после их развода, зарегистрирован только на нее! А что Андрей считает его своим… Так это проблема только Андрея!
— Забери свои вещи из Гринево, — сказала она, когда Андрей ответил на звонок. — И отдай мне ключи. Я продаю его.
— Как это продаешь? — не поверил Андрей.
— Видимо так же, как ты продал квартиру моей бабушки, — нервно рассмеялась Алена.