Пёс от мамы не отходил. Провожал из кухни в комнату и обратно.
— А ты говорила — чудовище, — потрепала мама Тумана по жесткой холке. Тот проурчал что-то на своем собачьем языке. положил голову к маме на колени и укоряюще воззрился на Алену:
«Не наговаривай, я разный. Тут так здорово, хозяйка. И почему это мы тут не были?»
Алена перевела взгляд на маму.
— Что смотришь? Все в порядке со мной, — отмахнулась та. — Ты просто заходи иногда.
— Я буду заходить. Часто, — с трудом выговорила Алена. — Мам, ты болеешь? — все же сорвалось с языка.
— Просто старость, дружочек. То одно, то другое отказывает. Зато пусик рядом.
Алена улыбнулась от милого домашнего имени отца.
— А вы на шашлыки ездили? — спросила мама.
— Нет. А почему… — Алена смутилась. Видимо, от волос всё ещё пахло дымом. Опустила взгляд на часы и ахнула. Время поджимало. — Я побегу. Сейчас придет сантехник, а то не помыться толком.
— Приходи когда захочешь и мойся в свое удовольствие, — добавила мама.
— Муся будет рада, — добавил папа.
— Пуся тоже, — фыркнула повеселевшая мама. — Андрей не будет против? — спросила настороженно.
— А мы у него и не спросим, — самую малость нервно ответила Алена, и отец с матерью переглянулись.
Родители жили дружно. И их родители тоже.
Как признаться, что она все растеряла, что могла? И Алена молчала, не желая рушить этот спокойный миг. Успеется еще, а сейчас вновь выворачивать душу просто не было сил.
— Может, и на лыжах с папой пойдешь? Если не разучилась. Я-то не хожу больше, — погладила Алену мама по голове. — Завтра похолодание и снег обещают.
— Не разучилась и пойду! — воспрянула духом Алена. Как же здорово пробежаться по лыжне, вдыхать хрусткий чистый воздух! Почему она все забросила, что могла?
В комнате зазвонил телефон — отец не имел сотового.
— Звонки от учеников, — отмахнулась мама, а отец помчался в комнату.
А ведь папа никогда даже голоса на Алену не повысил. Она огляделась как первый раз.
Все очень просто и скромно, но продумано и чисто. Старый ремонт, старый дом. Семья…
Надо хоть пол вымыть в следующий раз, подумала Алена. Маме наверняка уже трудно.
Алена крепко обняла родителей на прощание и заторопилась к себе.
Алена вскинулась на стук в дверь. Решив перестраховаться, отвела упирающегося пса к дяде в комнату и пристегнула к батарее.
Ушлый сантехник легко преодолел входную дверь безо всякого ключа — а ведь для домофона не было даже выхода! Повздыхал над унитазом, покрутил краны.
— Тут не ремонтировать, тут менять надо, — резюмировал он. — На соплях и ржавчине держится. Этаж второй, но…
— Топить есть кого, — вздохнула Алена.
В принципе, она это и подозревала. Слабая надежда обойтись малой кровью умерла окончательно.
— Сколько? — спросила она.
— Чтобы хорошо держалось и долго стояло? — хитро прищурился сантехник.
Вот молодой же парень, а повадками весь в папу, прожженного строителя, мелькнуло в голове у Алёны.
— Чтобы год прослужило, — ответила Алена.
Парень приуныл.
— Две тысячи.
— Вместе с работой?
— Хорошо. И унитаз бы сменить…
— Знаю, — покосилась Алена на треснутый фаянс. — Вы его пока просто укротите. А то он то не сливает вовсе, то остановиться не может.
Туман взвыл, недовольный изгнанием и чужим человеком в доме. Дядя что-то ему выговорил, пёс ответил глухим ворчанием, но лаять перестал.
В доме царила идиллия!
Сантехник сходил за смесителем и принялся за работу, Алена разбирала комнату, решив расправиться хотя бы с пятью коробками. Там оказались вещи настолько старые, что она сразу записала их в мешки под мусор. Засохшая краска, остатки шпаклёвки и гипсокартона. Дядя неожиданно перехватил тяжёлые мешки со словами:
— Я выкину.
Алена опешила, но возражать не стала. Она успокоила зашедшегося в лае Тумана, пообещав скорую прогулку.
Краны в кухне и ванной наконец работали. В комнате хоть и плясали пылинки в косых лучах солнца, но стало чуть почище.
Алена потерла заболевшую голову, распрямила уставшую спину. Подхватила измученного ожиданием пса и пошла на улицу.
Небо в пустынном парке было по-весеннему синим, и Алена, раскинув руки, рассмеялась. Пёс запрыгнул передними лапами на грудь, желая разделить веселье. Завилял хвостом, запрыгал, словно не взрослый пёс, а юный озорной щенок.
— Как и я! — прокричала Алена. — А завтра я пойду на лыжах!
Синие тени чертили снег, горизонт розовел далёкими тучами.
Куча проблем было впереди, но куча условностей, забот и ожиданий остались в прошлом. Да, она ушла никуда и ни с чем, но зато осталась собой. Может быть, заскочила в последний вагон.
Семейная жизнь требует умения прощать, приспосабливаться, жертвовать… Но, когда все это делает только один, правильно ли это? Сомнения промелькнули в голове и пропали, даже боль в сердце, горечь и обида поутихли. Пусть себе будет счастлив со своей Ольгой.
Алена протёрла полыхающее лицо снегом и вздрогнула от звонка.
— Алена, привет, — донёсся голос Людочки. — У тебя все хорошо?
— Все прекрасно, а что? — осторожно спросила Алена бывшей соседке-почти-подруге.
— Ломились тут двое в твою бывшую квартиру. Чуть дверь не вынесли! Мой хотел прижать да разузнать, что надо, так сбежали, подлюки, аж пятки засверкали. Будь осторожна, подруга. И как-нибудь выберись ко мне!
— Хорошо, чуть обустроюсь только… Спасибо за предупреждение.
Алена положила трубку. Весь мир вновь ощерился колючками, превратившись в сгусток враждебности и злобы. Да что это такое? Алена топнула ногой. Не желаю бояться и прятаться! Кто это может быть? Кредиторы, оставшиеся без денег субподрядчики, знакомые или друзья? Андрей в последнее время занимал напропалую у всех, и, как сейчас понимала Алена, прекрасно знал, что не отдаст. И ему, как ни странно, давали. А может быть, для кого-то это были последние деньги? И сейчас они нужны так, что и убить можно?
Но что взять с нее? Квартира продана, машина — тоже. Золото давно в ломбарде…
Туман поскулил, недоумевая, чего это хозяйка застыла на месте. Стемнело, и Алена, так ничего и не надумав, пошла домой. Скоро должен был подойти еще и телефонных дел мастер. Пока ждала, Алена поругалась с Рустелекомом: мало того, что дядя платил за радиоточку, которой не существовало, так и тариф ему присвоили самый дорогой, и мастера отправили с трудом, ибо: «Как это у вас нет выхода? Вы что, телефоном не пользовались никогда?» Пришлось пояснить, что да, не пользовались. Тариф Алена сменила на самый простой — нечего выкладывать почти тысячу, радиоточку отключать не дали. Она пояснила дяде, куда идти и что делать. Тот кивнул и обещал подойти со всей ответственностью.
Зато мастер порадовал. И подключил моментально, и кабель протянул. Хорошо, что Алена прихватила телефонный аппарат, пусть старенький, но надежный. Да и позвонить из дома и, главное, домой, можно будет без проблем. Что родители, что дядя игнорировали достижения сотовой связи, и Алена пока тут была бессильна.
Перед сном она пошарила по сайтам дешевой мебели и вздохнула. Диван ей был пока не по карману, да и деньги, пусть по мелочам, но разбегались кто куда.
— Ну и ладно, может, спина станет как у балерины, — сказала она сама себе, укладываясь спать на ковер. Думала, заснет сразу же, однако нет. Посверлила взглядом потолок и подумала, что сама она его в порядок не приведет. Как и откосы. Ладно стены — покрасить можно и самой. Но штукатурку кидать ей уже не по силам.
Попыталась прикинуть бюджет ремонта и зажмурилась — ладно, не все сразу. Зато мысли о странных и неприятных посетителях ее прежней квартиры отошли на второй план… Алена сходила, проверила нижний и верхний замок и вновь легла спать.
А потом зазвонил сотовый.
Алена опасливо покосилась на незнакомый номер и не стала брать трубку.
Звонок смолк, зато пришло смс.
'. Это Андрей. Я почему-то не могу до тебя дозвониться. Видимо, ты случайно внесла меня в ЧС… а я скучаю по тебе и по Туману. Думаешь, мне нравится то, что случилось? Просто прочти до конца это сообщение. Всего два вопроса.
1. Не хочешь иметь нормальную работу? Я нашел для тебя оклад в два раза выше. Собеседование завтра.
2. Тебе собака в твоей новой жизни не мешает? Наверняка да. Я договорился с родителями. Отдай ее мне, и я погашу твой долг'.