Выбрать главу

Алена отложила часть бумаг.

Какое же у директора отчество? Надо и в мыслях звать его официально, чтобы не подумал, что Алена как-то решит использовать его слабость. Он наверняка уже сто раз пожалел о своей откровенности.

Алена вздохнула, распечатала предварительные итоги и пошла к Марье Петровне.

— Отдайте Сергею э-э-э…

— Витальевичу, — сердито сверкнула очками Марья Петровна. — Могли бы и запомнить!

Алена аж опешила. Марья Петровна относилась к их директору с особой теплотой, для нее подобная забывчивость была неприемлемой.

— Хорошо, вот прям счас на руке напишу.

— Да ладно, — махнула рукой секретарша. — Только сама зайди. Он не очень любит, когда на других свою работу перевешивают.

Сергей Витальевич еле взглянул на нее. Говорил не холодно, но отстраненно, чего Алена, впрочем, и ожидала. Позвал Александра Сергеевича, посовещался и дал корректировку по верхней и нижней границе стоимости. Алена все переписала и ушла к себе. И только потом сообразила, что изменилось в облике их директора: он побрился и постригся. Кто бы ни говорил о том, что борода украшает — он определенно был неправ! Темно-коричневые с проседью волосы, внимательные серо-синие глаза, немного запавшие бледные щеки, резкое, строгой лепки лицо — Сергей из приятного обликом мужчины стал просто красавцем!

В девять вечера все было готово. Алена проштамповала последние листы, отдала Марье Петровне и потянулась за кефиром.

— Деточка, может, чаю?

Алена поперхнулась. Секретарские обязанности Марья Петровна исполняла от сих до сих, а чай и кофе приносила только директору. Даже Олеся, порой забегавшая в офис, не удостаивалась подобной чести.

— Спасибо, Марья Петровна, но я уже пойду.

— Не пойдешь, а поедешь. Смотри, что за окном делается!

Дождя, как вчера, не было, но тополя гнулись под сильным ветром и машинально взяла чай, протянутый Марьей Петровной. Такой, как она любит — крепкий, не из пакетика, без сахара и со сливками.

— Пойду я, — сказала Марья Петровна. — И вы не засиживайтесь.

— Вроде бы все, — Алена еще раз перебрала в уме все документы и вздрогнула от звонка сотового.

Нехотя взяла трубку.

— Здравствуйте, Ольга. Что вы хотели? — голос против воли вышел каким-то неприятным, натянутым. А в ответ донеслись рыдания.

— Алена, вы не знаете…

— Что случилось? — встрепенулась Алена.

— Андрей пропал. Нет ли у него каких-то знакомых в Самаре?

— Ольга, мне очень жаль, — выговорила Алена. — Но я вот уже четыре месяца как не общаюсь с вашим мужем. Раньше — нет, не было.

— Если что-то вспомните — позвоните, пожалуйста! Мы уже все обыскали, его нигде не-е-ет!..

— Да я ничего не…

Алена не договорилась, голос Ольги перешёл на крик. Звонок оборвался. Алена допила внезапно ставший невкусным чай, открыла вездесущий интернет. На сайте Лиза Алерт увидела фото бывшего супруга, перечеркнутое надписью: «Пропал житель Самары. Ушел из дома и не вернулся…» — дальше была фотография Андрея. Когда он успел стать жителем Самары? Поиски, оказывается, шли уже неделю. Алена выдохнула, пытаясь успокоить трепыхнувшееся сердце. Авария? Его сбили и уехали? Ударили и он потерял память? Украли ради выкупа?

Господи, что за глупые мысли приходят ей в голову! И как же плохо они поговорили последний раз!

А может, он и не потерялся вовсе?.. Когда-то Андрей говорил, что хотел бы уехать на Дальний Восток, встречать восход солнца у океана. И что он так обязательно сделает, когда его все достанут окончательно.

Если он получил аванс на очистные сооружения, то мог ли он поступить к Ольгой так, как поступил с ней? Совесть у него оказалась гибкой, придумает, что это все виноваты, не он дурно поступил. А он хороший, обстоятельства плохие…

— Алена Игоревна, поедем, — донесся до Алены голос Сергея.

— Да-да, конечно, — заторопилась Алена. Выключила компьютер и опустила жалюзи. Вышла из офиса, стараясь не делать резких движений. Вдыхала и выдыхала острый холодный воздух, стараясь держать себя в руках. Подумала, что она вот уже неделю гнала от себя странные мысли об Андрее. Причем вспоминались те редкие моменты, когда, как ей казалось, он тот единственный, который… Как дарил цветы, хотя терпеть не мог срезку, как отправлял в отпуск с мамой, когда сам не мог уехать. Пусть все это было очень давно, словно в другой жизни. Но все же было!

— Алена, мы приехали, — донесся до нее голос Сергея. — Что-то случилось?

— Ничего, — с трудом выговорила Алена, не желая овеществлять свои непонятные тревоги и смутные подозрения…

Утренний луч света перебирался по комнате, проникая через переплетение ветвей.

Суббота — тот день, когда по идее, можно было бы поспать подольше. Но нет, собакен жарко подышал Алене в щеку, потом лизнул, затем потянул за одеяло, раз хозяйка не понимает самых простых знаков!

Алена рассмеялась и встала. Разогрела щи, позвала дядю, тоже раннюю плашку. Принялась готовить еду собаке. Отварная куриная грудка, по ложке рыбьего жира, томатной пасты и морской капусты. Затем потерла морковку, откусила половину. Туман уркнул, и вторая половина досталась ему в качестве аванса. Алена положила гречку наполовину с рисом и развела кипятком.

Примерно через год после приобретения Тумана в Белом Яру она показала его заводчику.

— Сразу видно, что пес не на сушке, а на натуралке. Какие лапы, какая шерсть! — одобрил тот. — Так держать!

И хоть сухой корм выходил бы дешевле, Алена не смогла экономить на Тумане. У овчарок вечно то почки сдадут, то печень, то аллергия вылезет. После смерти первой собаки Алена зареклась заводить кого-либо, но Андрей принес под Новый год пушистый комочек. Туман тогда вмещался на двух ладошках! Уже потом Алена узнала, что муж купил его кому-то в подарок, а тот взял и отказался.

Нет уж! Здоровье собаки дороже. Лучше она себе пару разгрузочных дней устроит. Теперь не надо все деньги отдавать на ремонт, так что… Так что через год она выплатит долги за бывшего супруга, и у нее будет просто куча денег! А если сосед, попросивший отсрочку до конца лета, наконец пошевелится, то и того быстрее.

Возможно… Можно подумать и о ребенке.

Алена пробежалась три раза вокруг дендрария, когда из-за поворота показалась незнакомая овчарка. Собачники — отдельный клан, можно подойти к любому, спросить о еде, о стаях бродячих псов или о том, кто и чем кормит своего любимца. Поэтому всех соседских собак Алена знала наперечет. Видимо, кто-то пришел издалека.

Пес был восточно-европейской овчаркой, высокой, мощной и солидной. Более светлой, чем ее Туман, который сразу поднял загривок, а попу поджал, и окрысился на чужака.

— Доброе утро, Алена. Не узнали меня? — раздался знакомый голос.

Алена, занятая усмирением собственной собаки, рвущейся со строгого ошейника, удивленно подняла голову.

— Сергей, вы⁈

Она видела его в костюмах, явно сшитых на заказ, а сейчас, в стоптанных кроссовках и стареньком спортивном костюме сразу показалась себе замарашкой. Тонкий кашемировый свитер небесного тона чудесно сочетался с коричневыми легкими джинсами, глаза смотрелись совсем синими, а волосы лежали легкой волной. Либо у Сергея есть стилист, либо он просто привык одеваться хорошо, дорого и со вкусом.

А ведь следовало догадаться, что он живет где-то рядом!

Сначала Сергей, когда Алена сказала, что ее дом напротив дендрария, удивился, но удивился как-то обрадованно.

Затем, когда он подвез ее в первый раз, шум машины стих очень быстро, но тогда Алена списала это на дождь. Во второй же… Это могло случиться только если машина быстро заехала в гараж.

— Вы живете в новом доме, том, что напротив моего! — выпалила Алена.

— И как догадались? Вам бы следователем работать! Отпускайте уже своего, мой тоже в наморднике, — произнес Сергей.

— Как бы не подрались наши два красавца, — засомневалась Алена, придерживая строгий ошейник.

— Вот и посмотрим. Это будет эпичная битва намордников!

Алена, не выдержав, расхохоталась.

— А у вас, оказывается, есть чувство юмора. Где прятали?

— А у вас острый язык.

Алена смутилась.

— Простите, я не хотела вас обидеть.

— И не обидели. Так вы здесь гуляете?

— Вокруг парка. Со стадиона гонят, из дендрария — тем более. В выходной мы обычно бегаем до озера, но я отложила этот собачий праздник до завтра. Как зовут вашего?

— Бартоломей по паспорту, а по-простому Берти.

Спокойный Берти фыркнул, удивляясь чужой агрессии. Туман принюхивался, выйдя из позы атаки.