— Итак, Шэн, — произнесла Танна. — Ты вроде что-то хотела сказать Мэгги?
— Правильно, — ответила Шэннон, бросив крем в сумку, откидываясь в шезлонге, вскинув одно колено в этой небрежно-сексуальной манере, которую она всегда старалась изображать. — Извини, если то, что я сказала, огорчило тебя, Мэгги. Я знаю, мы пытались договориться, и обзывать тебя было нечестно.
— Это было несправедливо по отношению ко мне и Адаму, — ответила я, рывком открыв журнал на середине и уставившись на рекламу лака для волос, в которой девушка с ирокезом входит в ночной клуб. — Я просто надеюсь, что ты не оттолкнула его этим еще больше.
Шэннон поправила солнцезащитные очки на носу и подставила лицо солнцу. По тому, как она трясла ногой, я могла бы сказать, что она взволнована, готова вспрыгнуть, но пока она пытается обуздать себя.
— Он справится, — ответила Шэннон. — Надо дать ему больше времени.
Я посмотрела вниз, в журнал, пытаясь сбежать сквозь двери клуба вместе с девушкой с ирокезом. Но до того, как я смогла прочитать этот дурацкий слоган, я всполошилась тем, что пять спасателей начали свистеть одновременно в свистки, заканчивая тем самым наш отдых. Смех жемчужинами рассыпался по влажному воздуху, когда дети прыгали в воду со всех бортиков большого бассейна. Три парня с длинными волосами погрузились в кристально прозрачную воду в нескольких футах от наших шезлонгов, забрызгав нас. Я отбросила промокший журнал на кресло Шэннон. Это было так бессмысленно — пытаться отвлечься таким образом.
— Я вся горю, — проговорила Танна, встав и отбросив влажные волосы на плечи. — Мне тоже стоит искупаться.
Я посмотрела на нее, прикрывая глаза от солнца, которое расположилось идеально прямо над головой Танны.
— Кто хочет присоединиться? — спросила она.
Шэннон схватила ее плеер, сидя на ее же цветастом полотенце, накручивая провода наушников на палец.
— Пока нет, — сказала она. — Я хочу сначала немного музыку послушать.
— Я пойду, — конечно же я была рада найти предлог уйти от Шэннон и надеялась, что вода смоет всю неуверенность, которая переполняла меня с тех пор, как я нашла свое ожерелье.
Только я спустила ногу с кресла и была готова встать, как мимо прошел Тоби. У меня была миллисекунда для реакции, или же я потеряю всякую возможность. Это были его плечи, широкие и голые, загоревшие за время работы спасателем, те же самые плечи, что я видела, когда мы уезжали с парковки, когда покидали ярмарку. Именно его плечи подтолкнули меня заговорить об этом. Я не знала, что будет потом, но понимала, что если не задам вопросы, то никогда уже не избавлюсь от той тяжести, которая сидит у меня в груди.
— Эй, Тоби, — произнесла я, быстро встав, стараясь перекричать непрерывный хохот и звуки плескания детей в бассейне.
Он остановился, немного развернувшись, свисток висел на красном шнурке и покачивался вперед-назад по его накачанному прессу.
— О, привет, девчонки, — он быстро махнул рукой.
— Как лето проводишь? — спросила я, желая, чтобы он подошел ближе.
Он повернулся, направляясь к нам.
— Да вроде нормально, — его голос был сдавленным, немного неуверенным. Парень был сконфужен тем, что я говорила с ним будто со старым другом, хотя мы разговаривали до этого раз или два.
— Много работаешь? — спросила я, указывая головой на стул спасателя, стоявший неподалеку.
Тоби пожал плечами:
— Почти каждый день. Но я это не воспринимаю как работу.
— Шэн, — продолжила я, глядя на нее и подмечая, как ее руки замерли на весу, зажав тонкий плеер в одной и раскачивая наушниками в другой. Ее глаза были широко раскрыты. Челюсть отвисла. И это, чего таить, мне понравилось, — эта работа была бы идеальна для тебя. Тебе бы платили за твой загар, — я захихикала. Они все посмотрели на меня, как на сумасшедшую.
— Но тогда мне пришлось бы носить слитный купальник, — произнесла Шэннон тихим голосом. — А я их не выношу.
Тоби засмеялся. Как и я.
— Эй, я хотела тебя поблагодарить, — сказала я, пытаясь сосредоточиться и все обдумать, пока слова слетали с моего языка.
— Меня? — Тоби указал на себя пальцем.
Я кивнула.
— Я знаю, это было почти два месяца назад, но мы с Танной чувствуем себя ужасно оттого, что оставили Шэннон одну на ярмарке. Мы как-то не успели договориться. Было классно с твоей стороны отвезти ее домой.
Тоби прищурился, посмотрел на Шэннон, а потом снова на меня.
— Я и не знаю…
— Наверное, Мэгги права, — вмешалась Шэннон, вспрыгивая и хватая его блестящую от пота руку. — Там заявление надо или что-то в этом роде? В офисе? Я имею в виду, получать зарплату за то, что ты сидишь на солнце, прекрасно. И мама мне надоела с намеками о летней работе.
— Я думаю, все забито, — сказал Тоби. — Но ты можешь заполнить форму… На всякий случай. Если в самом деле хочешь.
Шэннон повернулась и схватила платье со спинки шезлонга, надела его через голову и схватила руку Тоби.
— Пошли, — проговорила она, улыбаясь.
Тоби было развернулся, но остановился. Он повернулся снова ко мне.
— Эй, Мэгги. Мне жаль того, что произошло с Джои. Он был классный. Немного сумасшедший, но классный.
Я кивнула. Улыбнулась. Но это была вымученная улыбка, поэтому я посмотрела вниз.
Шэннон потянула его за руку.
— В офис? — спросила она, настойчивость звучала в каждом слове.
— Мне надо в раздевалку. Встретимся через минуту, — ответил Тоби. — Приятно было вас видеть.
Тоби кивнул мне и Танне, и эти двое пошли в сторону администрации.
— Что это с ней? — спросила Танна, наклонившись ко мне.
Я наблюдала, как покачивается зад Шэннон, ткань ее платья обвивает бедра. Она отпустила руку Тоби и отошла от него. Недалеко. Но эта дистанция говорила сама за себя. Я спрашивала себя, связывало ли их что-то с Тоби Миллером.
— Ты о чем? — спросила я.
— Эта тема с Тоби. Она почти набросилась на него. Это напрочь против ее правил.
— Может, она влюблена, — ответила я. — Любовь заставляет тебя нарушать правила, не так ли?
Что-то тяжелое и горячее начало разрывать мою грудь. Эта мысль почти убивала. Но я прогнала ее. Поэтому, что бы ни произошло между Шэннон и Джои, это просто не могло быть правдой.
Танна закрутила волосы, сделав пучок на макушке.
— Что насчет Шэннон, ей вообще сорвало крышу, да?
Я пожала плечами.
— Не думаю.
— Идешь в воду?
Танна ступила на край бассейна, вода искрилась на ее загорелом животе, отбрасывая крапинки света, как бриллианты.
— Через минуту, — кивнула я, наклоняясь к сумке Шэннон. — Мне надо позвонить маме, сказать, что я здесь. Она меня пасет каждые пять минут в эти дни.
Танна недовольно посмотрела на меня. Потом, сощурив глаза, посмотрела на телефон в моих пальцах. Телефон Шэннон.
— У моего батарея почти села, — пояснила я, указывая головой в сторону моей сумочки. — Начинай купаться без меня. Я приду через минуту.
— Пошла к самому глубокому месту, — сказала Танна. — Хочу занять позицию до того, как студенты начнут нырять.
Я засмеялась:
— Полное погружение в воду не подчеркивает достоинств твоей фигуры.
Танна указала головой в сторону:
— Может, и нет. Но если у меня будет судорога и понадобится помощь, у моих форм будет прекрасный вид, когда парни вытащат меня из воды.
— Танна, ты очень изобретательна, — ответила я, когда она прыгнула, немного расплескав воду, но зато визгу было хоть куда.
— Тут прекрасно, — крикнула она, переворачиваясь на спину и уплывая.
Я же посмотрела в сторону офиса и увидела через большое открытое окно, что Шэннон накручивает волосы на палец, пока разговаривает с несколькими парнями. У меня было как минимум несколько минут. Даже если они и не интересовали ее, для нее было важно, чтобы она была интересна им.
Когда я смотрела на нее, моя память воспроизвела несколько случаев, которые я почему-то забыла. Мелочи, которые ничего не значили. До сегодняшнего дня. Заколка в машине Джои, которую, как она сказала, забыла, когда он подбросил ее домой после футбола. Его футболка на ковре в ее ванной, которую мой парень якобы одолжил Шэн после того, как она измазала свою пиццей за обедом.