- Да ладно? – наигранно испугалась я, хватаясь за живот снова. – Что, правда?
Кажется, кто-то разозлился ещё сильнее. Так это не беда! Я просто в ярости!
- Почему не сообщила? – прошипел Шмель.
- И это меня спрашивает кто? Кто ты такой вообще?
- Прекрати, пожалуйста, если бы я знал, что мой ребенок…
- Это не твой ребёнок! – отрезала я. Припёрся тут с возмущениями! Хрена лысого!
- Не ври, - уверено сказал Шмель. – Мой ребёнок, знаю.
Страх спиралью скрутил внутренности, но я отказывалась сдаваться, держась спокойно и расслабленно. Нервы были натянуты словно струны, а к глазам предательски подступали слёзы. Чёртовы гормоны! Шлялся бы и дальше! И чего он только припёрся?
- Откуда знаешь? – ехидно приподняла брови, когда всё внутри ударилось в панику. Надо срочно что-то придумать.
- Чувствую.
Тут уже хмыкнула я, расслабляясь немного.
- Нет, - упрямо покачала головой, закрывая дверь. Я его в гости звала? Нет! Скатертью дорога!
Но Саша вставил ногу в проём, останавливая дверь, и ухватился за ручку, не дав завершить маневр.
- Пошёл на х*р отсюда, Шмель! – дёргала дверь я.
- Ты меня в могилу сведешь, женщина! Почему так сложно с тобой?! – свободной рукой прошёлся по своей шевелюре. Мне тоже захотелось в неё вцепиться! Оттаскать его, а не погладить, чтобы волосики летели по этажу. Но меня остановило то, что беременным нельзя создавать опасные ситуации для малыша. А дочь – самое ценное для меня.
- Так в чём проблема? – язвительно спросила у него, не оставляя попыток всё-таки закрыть дверь. - Я тебя в гости не приглашала! И, бога ради, отпусти уже дверь! – надавила я со всей силы на единственную преграду в проёме – на его ногу. - Это частная собственность!
- Сучка! – выдохнул мне в лицо Саша, обдавая еле заметным ароматом алкоголя, заталкивая в квартиру и закрывая за собой дверь. Я даже опешила! Он выпил для храбрости что ли? Никогда не видела Шмеля под действием нектара!
Это разозлило вдвойне! На моё счастье в коридоре стоял веник, который я не убрала по забывчивости своей. Взяв его, я стала бить им Шмеля по мордасам. Но он отобрал его, сломал и откинул в сторону.
Какой же красивый он стоял сейчас передо мной. Грудь вздымается, желваки на скулах играют на его лице, глаза лихорадочно блестят, а от тела исходит жар неудержимой силы. Только не для меня она, эта сила.
- Кобелина! – скрестила я руки на груди, отдаляясь от него на шаг назад, чтобы увеличить между нами дистанцию. Шмель проследил за моим движением, будто ожидал, что я, как настоящий волшебник, достану второй веник из воздуха. – Нечего было сюда приходить!
Не сразу поняла, что взгляд Саши неотрывно следит не за моими руками вовсе. Дома я ходила в майке, а грудь стала значительно больше. И вот сейчас она выпирала вперед так, что Шмель забыл, зачем пришёл, пока взгляд не опустился на живот.
- Стерва! – снова выдал, вспомнив.
- Стервятник амнезийный!
Кажется, Шмель «под градусом» был не готов к такому сложному и витиеватому оскорблению его личного достоинства, так как «процессор» Саши завис и замер в напряженном режиме сосредоточенности и осмысления. А потом что-то пошло не так. Меня схватили, спиной, аккуратно, но быстро, прижали к стене, а взгляд блуждал по лицу.
Что он искал? Раскаянье? Ха! На моем лице не дрогнул ни один мускул. Будь что позначительнее, я бы его и этим отходила.
В глазах у мужчины плясали чёртики, злые-презлые, а запах алкоголя говорил, что выпил он прилично, но по нему этого не скажешь. Саша не шатался, не терял равновесия. Пожалуй, только глаза блестели иначе. Поэтому решила его припугнуть, проверить, адекватен он или нет, зашипев от вымышленной боли.
- С-с-сш-с-с…. – попыталась согнуться, но держал он крепко. Поэтому просто зажмурилась на мгновение, скривившись от выдуманной боли.
- Боже, Вика, прости, прости… - стремительно отодвинулся он, оглядывая меня всю с беспокойством. А потом просто накинулся с поцелуями, будто вымаливая прощение. Губы дотрагивались до кожи, опаляя лоб, щёки, шею, веки. Затем зарылся мне лицом в ложбинку, втягивая аромат моего тела. - Я хотел лишь подвинуть тебя, - Саша тяжело и громко сглотнул, потираясь носом о грудь. – Как ты пахнешь, Вик… Просто нереально… - и лизнул меня языком, будто пробуя на вкус.