- Наглость - второе счастье, - философски рассудил Павел. - Поможешь им с деньгами?
- Да ты что, ополоумел? - рассердилась женщина. - Серёжа мой хотел с сестрой всё по-хорошему уладить, так они его со свету сжили! Нет уж, пусть дерьма-то полной ложкой похлебают.
- Не только они, похоже, - хохотнул Павел. - Ещё и дедки соседские.
- Федор и Василий заходили? - Зинаида вытерла кулачками глаза. - Что им тут надо было?
- На клубнику позарились. Шуганул их, ну они и ломанулись к себе напрямки. Макарыч толчок-то снёс, а выгребную яму лишь земелькой присыпал, вот старички в неё и попались. Я уж их трогать не стал, чтобы в дерьме не испачкаться.
- Ну я им устрою! - на мгновение вскипела Зинаида, но тут же остыла, мысленно представив неприглядный вид воришек. - Хотя... Пусть их.
- И то верно, Зинуль. Чудно как-то вышло. Старички из ямы еле выбрались, к реке потрусили. Я на крыльце стою сухой, хоть бы хны, а их вдогонку дождина, как из лейки, вовсю поливает. Ей-ей, в первый раз такое вижу.
- Странно, - удивилась женщина. - Я от станции шла, так никакого дождя и не было вроде.
- Вот я и говорю - чудно.
Горе-похитители в семейных трусах сидели на крылечке и курили одну на двоих папироску. Чуть поодаль на верёвке обтекала наскоро выполосканная в речке одёжка.
- Зато похмелье, как рукой сняло от холодной водицы, - прервал молчание Федор.
- Есть такое дело, - зябко поёжился Василий, увидев входящую во двор Зинаиду Петровну, и ткнул приятеля в бок локтем. - Гляди-ка, Зинку черти принесли, сейчас нравоучения читать будет.
- Ну что, старичье, - приблизившись к дедкам, строго вопросила соседка. - Чужая клубника слаще показалась? Свою-то, небось, подобрали и пропили уже.
- Не тебе нас совестить, Зина! - Сурово сдвинул брови Василий. - Только Макарыч помер, ты олигарха в дом привела. Стыдоба, да и только!
- На Лехусе прикатил! - съязвил Федор. - Одно зло от них, от Лехусов вот таких вот. К речке дорогу, что тебе трактором, размолотили. Хрен пройти теперь - слякоть одна да колдобины.
- Глянь-ка на них, распетушились-то как! Брат это мой, дурачины, на похороны приехал. - Зинаида извлекла из сумки бутылку водки и поставила на землю перед стариками. - Вот, а видеть вас на поминках не хочу.
- Не по-людски это, Зинуль, - укоризненно покачал головой Василий. - Ведь столько лет бок о бок прожили.
- Чтобы ни ногой! - уходя, отрезала соседка.
- Одно зло от баб этих! - в сердцах бросил ей вслед Федор, распечатывая бутылку. - Ну что, Васятка, помянем Макарыча? Он-то отходчивый был, позвал бы.
- Не то, что эта дура Зинка, - поддакнул Василий. - Чую, неспроста мы вляпались, Федя. Не Макарыч ли нам подсобил?
- Может и так статься, - согласился Федор. - Отродясь мы, Вася, у соседей не крысятничали, а тут бес попутал, не иначе. Одно зло от них проклятых.
- Да и племяшу моему за дело вломили, если на то пошло. Немудрено: сверху-то оно всё видно.
Конец