— Я хочу, чтобы ты остался! — требовательно сказала Амала.
— Нет. Этого я сделать не могу. Прости. Прости меня, — шепнул он на ухо девушке, крепко прижав ее к груди.
Отпустив ее, он быстро сбежал по лестнице, Асель выскользнула вслед за ним, стараясь не встречаться взглядом с хозяйкой дома.
Когда они оказались на темных улицах, инженера охватила паника — он даже не мог представить, что сейчас о нем думает Амала, и как он сможет потом объяснить ей это происшествие.
— Мне не плевать на Сигвальда, — сказал он Асель, остановившись, чтобы отдышаться.
— Я вижу. Спасибо тебе.
Сигвальд, как громом пораженный, смотрел в усталые глаза Кеселара, стоящего на пороге, за плечом которого мялся его паж Лайхал. Рука северянина с занесенным клинком медленно опустилась, но пальцы все еще продолжали сжимать рукоять, воин дышал тяжело и часто. Он хотел что-то сказать, но все слова вылетели из его головы.
— Сигвальд из Ралааха, — строго начал Кеселар. — В ночь Пылающего Очага ты нанес тяжкое оскорбление брату моему демгарду Бериару ре Канетмак.
— Да, мой господин, — произнес Сигвальд, склонив голову.
Костяшки пальцев, сжимающие клинок, побелели от напряжения, пальцы свободной руки слегка подрагивали. Алтургер Кеселар — последний человек, которого он ожидал увидеть здесь.
— Сбежав сразу же после этого, ты поступил недостойно звания оруженосца алтургера. Ты признаешь это?
— Да, мой господин. И я готов понести любое наказание, вплоть до смерти.
Сигвальд бросил свой тесак на дощатый пол, и голос его был тверд и полон решимости, хоть воин до сих пор не решался поднять глаза на старого рыцаря, и чувствовал на себе его укоризненный взгляд.
— За это тебе следовало бы, по крайней мере, всыпать плетей, но… я не буду этого делать. Свое ты получил авансом.
— Но… как?.. Откуда вы узнали?
Сигвальд был крайне удивлен таким поворотом дела — этого он ожидал еще меньше, чем появления Кеселара в Рагет Кувере.
— Мне сказали солдаты демгарда. Жаль, что слишком поздно, — добавил он тихо. — Но скажи мне, Сигвальд, одно — почему я узнал об этом от них, а не от тебя?
— Я не хотел впутывать вас в это дело. Это были наши с демгардом счеты.
— Сигвальд, — устало произнес Кеселар. — У тебя голова пустая, как горшок. Ну какие счеты могут быть у тебя с демгардом? Подняв руку на моего оруженосца, Бериар нанес оскорбление мне в большей степени, чем тебе, и разбираться с ним должен был я, а не ты. А то, что ты сказал на пиру…
— Простите меня за это, — сказал Сигвальд, в порыве перебив алтургера. — Я был пьян…
— Ты был прав.
Кеселар усмехнулся, увидев лицо оруженосца, выражающее крайнюю степень удивления. Сигвальд же не понимал странного поведения своего господина и сказать что-нибудь разумное был не в состоянии. Видя это, старый рыцарь с отеческой теплотой обнял своего непутевого оруженосца.
— Между нами, Сигвальд, Бериар — свинья, куча железяк да имя, как ты тонко подметил. И, хоть по сути ты прав, но больше таких финтов не выкидывай. А ты, Лайхал, нас не слушай, а что услышал — забудь, — обратился он к пажу. — Поздоровайся лучше…
— Сигвальд! — мальчик был очень рад видеть своего старшего товарища и тоже позволил себе обнять его, при этом умудрившись придавить почти все синяки на теле оруженосца. — Я знал, что ты жив. Просто знал.
Сигвальд взъерошил мальчику волосы — он тоже по нему соскучился. Он вспомнил, сколько раз тот получал от него подзатыльники за мелкие шалости и проступки. «Похоже, к Кеселару просто притягиваются такие малолетние паршивцы как он, да и как я когда-то был. Хотя что уж там, до сих пор таким остался».
— А что мы стоим-то на пороге? — спросил рыцарь. — В ногах правды нет, да к тому же я зверски голоден. Эй, трактирщик! Три обеда получше и вина сюда! — крикнул он в общий зал.
Когда все уселись за стол, Кеселар критически оглядел Сигвальда, его одежду и незнакомый клинок. Придя к неутешительным результатам осмотра, он аристократически взмахнул рукой, указывая на все это безобразие:
— Расскажи мне, Сигвальд, как ты дошел до такой жизни.
— По пути из замка я встретил людей, которые помогли мне выжить и добраться до города, — начал Сигвальд, не желая вдаваться в подробности.
— Они твои друзья?
— Да… То есть, нет. Не совсем… Я не знаю, я запутался.
— Интересно, — Кеселар снова потирал виски. — Раньше ты мог без труда делить людей на друзей и врагов.
— Раньше все было просто.
Кеселар понимающе кивнул головой. Как раз в это время принесли обед — к счастью Сигвальда, хозяин трактира решил сам обслужить рыцаря, оказавшего честь его таверне своим посещением.