И как можно на него сердиться за мою беспричинные страхи и ревность? Он же не виноват, что я, наконец-то, полностью осознала, насколько Алекс привлекателен для женского пола, а это чревато для моего спокойствия. Я же не могла все время находиться рядом, а мою болезненную фантазию на тему ревности никто не отменял. Ведь женщины слишком изобретательны. Особенно когда хотят добиться своего, даже если объект желания занят другой. Молодой и такой неопытной девчонкой, как я. Поэтому всю нежность и слова Алекса впитывала словно губка, они для меня были успокаивающим живительным бальзамом.
Осень, зима, а за ними и весна, мелькали за окном, сменяя друг друга. Мы с Алексом учились, жили повседневной жизнью. Казалось, что выпавшие невзгоды только сильнее сближали нас, а молодость помогала их преодолеть. Вырывали минуты простого счастья, рядом, любим друг друга и нам повезло рано найти свои истинные половинки. Я знала, что просто обожаю Алекса и это навсегда.
Его нежные слова, постоянные признания в любви. Рядом с ним я всегда чувствовала себя единственной, любимой. Этого было достаточно на тот момент, поднимало настроение, придавало сил. Не важно, какая погода была на улице: сильный дождь, снег, весеннее солнышко, зимний холод или первая жара – мне нравилось все! Лишь бы Алекс был со мной. Может от этого все давалось играючи, получаясь без напряга, в охотку.
Мама смеялась:
- Любаша, ты светишься счастьем изнутри, порхаешь веселым мотыльком. Так напоминаешь меня в молодости. Я тоже порхала и любила. Как же быстро ты выросла, дочка. Совсем заневестилась. Скоро улетишь в чужой дом от нас с отцом. Только тебя и видели. Уже сейчас у своего Алекса проводишь больше времени, чем с родителями.
- Ну, мам, ты же знаешь, что это необходимо, а мне не в тяжесть помочь, если так сложилось. Да и рано еще о чем-то говорить, мне только семнадцать, выпускные экзамены на носу, а потом и вступительные в институт.
- И я о том, Любаша, время летит быстро. Алекс не передумал о поступлении?
- Нет, он решил не поступать в этом году, ты же знаешь, что без него им будет туго и в финансовом, и моральном плане. Мы долго говорили на эту тему, но раз так сложилось, то, что решает год, когда впереди вся жизнь? А я буду приезжать на каникулы, да и он ко мне вырвется при первой возможности. Тут же недалеко ехать до города.
- Ну, смотрите, вам виднее.
- Ага, мамочка, вот только мне еще осталось сделать самое простое дело – получить аттестат и потом успешно поступить. Там бешенный конкурс на бюджет, но это же мелочи, правда? – Я вскочила и, смеясь, закружила маму по комнате.
- Уронишь, егоза, запыхалась совсем, никакого почтения к моему возрасту!
- Мамуль, какой возраст, ты прекрасно выглядишь, незнакомые люди постоянно принимают тебя за мою старшую сестру!
- Любаша, может это и так, вот только сердечко не дает о себе забыть. Вроде немного пошалили, а уже задыхаюсь, как старая вешалка.
- Тебе плохо, приступ? Прости, это я виновата. Принести таблетки?
- Никакого приступа, просто немного запыхалась, принеси водички, попью и ничего страшного, пройдет. Тебе не пора идти?
- А как же ты?
- Иди, иди! Не делай из меня развалину.
Я без проблем поступила в медицинский институт и вскоре уехала на учебу, поселившись в городском институтском общежитии в 160 км от поселка. Разрываясь между студенческой жизнью и гложущей тоской по родным, Алексу. Звоня, и приезжая при любой возможности. Несмотря на новые впечатления, они для меня всегда оставались на первом месте, даже когда я обзавелась парой подружек - одногруппниц. Я чувствовала, что Алекс всегда со мной. В моих мыслях, сердце, снах. Постоянно в голове, душе, воспоминаниях… Даже если думаю сейчас совсем о другом – он незримо рядом. Постоянно. И мне это не мешало…
Но мама права – время летело, сокращая наши разлуки и уча доверять друг другу, укрепляя нашу любовь. Может, я просто взрослела, но на расстоянии не так поддавалась глупой безосновательной ревности, не разрешая слишком скучать, веря, что на Алекса могу положиться.
Радовало и то, что его отец постепенно восстанавливался от своей болезни, уже сносно ходил по дому, двору, саду. Иногда добирался до любимой кузни и наблюдал, как сын работает в ней, подсказывая и передавая навыки кузнечного мастерства, которые еще не успел полностью вложить в Алекса из-за внезапной болезни.