- Тэмаэ, - брат оскалился.
- Кусотарэ.
- Умрёшь в одиночестве, с таким стервозным характером.
- Вся в тебя, братик.
- Старая дева.
- Что случилось, брат? Хламидиоз замучил?
- Ахах, - усмехнулся Джиро.
- Ну, всё, началось, - вздохнул Широ, и поднял тарелку с салатом со стола.
- Дарасинай!!!
- Ксо яро!!! - Я взяла в руку тарелку с рыбным салатом, и швырнула Сабуро в лицо.
- Дура! - Он кинул в меня кусок стейка.
- Кусо! - Воскликнул Ичиро, и ушёл из-за стола.
Джиро достал телефон, и начал снимать весь этот цирк.
- Как же я тебя ненавижу! - Я облила белую рубашку Сабуро красным вином из бокала отца.
- У нас всё взаимно сестрёнка! - Он плеснул мне в лицо гранатовым соком.
- Точняк на лям лайков потянет! - Засмеялся Джиро.
На это чп пришёл отец. Он не знал, с чего началось это шоу, но я - то знала, какое наказание ждёт меня. Так хотелось доказать правду, но никто не слушал.
- Что за! Ацу! Сабуро! Джиро, ты что делаешь?! Камеру выключи!
Я стояла в кабинете отца, он отпил из бутылки три глотка холодной воды, и сел на диван.
- Сабуро, как всегда, ни в чём не виноват? - Я сжала кулаки.
- Молчи, я не давал права говорить тебе.
Стрелка часов передвинулась с 25 на 30 минут. Отец закурил, открыв окно, он посмотрел на меня.
- Ацу, ты же не глупая девочка, - отец сел напротив меня. - Двадцать раз хватит, - он достал из стола розгу.
Я опустила глаза в пол и повернулась спиной к отцу. Зажмурив глаза, я услышала, как он замахнулся. Этот звук пронзил моё тело. Я напряглась, ручка двери опустилась, в кабинет зашёл Осаму. Отец опустил розгу, и поздоровался с ним.
- Что-то случилось? - Отец убрал орудие битья обратно в стол.
- Нет, я приехал, чтобы занести одни бумаги, - Осаму посмотрел на меня затяжным взглядом. Это был высокий и крупный мужчина 39 - ти лет. Его остроскулое лицо всегда чисто выбрито, без единой царапинки. Лицо Осаму как обычно было задумчивым и мрачным, словно он нёс самую тяжёлую ношу. Припухлые розовые губы аккуратно смотрелись на его лице. Острый нос с горбинкой и высокой переносицей придавал гордый и уверенный вид.
Миндалевидные глаза накрывало веко, от чего взгляд Осаму был прищуренный с оттенком хмурости. Прямые брови никак не отражали его настроение, как будто они были нарисованы.
- Давай их сюда, - отец протянул правую руку.
- Ацу снова что-то натворила? - Осаму не поворачивался ко мне.
- Да, - вздохнул отец. - Даже чужие люди замечают, как тебе не стыдно! - он включил ноутбук. - Ей и двадцать раз розгой мало.
- Двадцать для такой хрупкой девчонки? - Осаму обернулся.
- Чем больше закалки получит в семье, тем легче будет в семейной жизни.
- Горо - сан, позвольте мне предложить вам наказание для Ацу? - Осаму немного поклонился.
- Ну?!
- Она должна написать иероглиф «бян» 1000 раз.
- «Бян»? - Отец приложил карандаш к губам. - Да, думаю, это хорошая идея. Утомительно и раздражительно. Иди вместе с Ацу в её комнату и контролируй её, - приказал отец.
Мы зашли в мой уголок мира и спокойствия. Осаму тихо прикрыл дверь. Я достала несколько тетрадей по 96 листов, и десять черных маркеров.
- Преподавательница одного китайского университета очень строго относится к опозданиям студентов и раньше заставляла писать их за это 1000 английских слов. Но как-то раз она увидела этот иероглиф и подумала, что это наказание куда лучше предыдущего! И, несмотря на то, что по количеству текста 1000 иероглифов занимает меньше места, чем 1000 английских слов, студенты начинают сходить с ума уже на 200-м иероглифе и обещают впредь никогда не опаздывать, - произнес Осаму, подходя к столу. - За рамками пыточных фантазий китайской преподавательницы этот иероглиф можно встретить лишь в одном месте: в лапшичных провинции Шэнси, которая специализируется на продаже Лапши Бянбян. Посмотрев на вывеску, можно узнать ужасную правду об иероглифе: даже в том единственном случае, когда он действительно к месту, его нужно написать дважды.
- Даже не знаю, благодарить вас или проклинать, - я подняла взгляд на Осаму.
- Пусть болят руки, чем синяки по всему телу, - он слегка улыбнулся, но в его глазах по прежнему стоял мрак и бесконечный туман.
Я закончила своё наказание в час ночи.
- Ровно 1000! - Гордо произнёс Осаму. - Пойду покажу твоему отцу, - он собрал тетради со стола.
- Отец уехал.
- Куда? Как ты можешь это знать?
- Каждую ночь он уезжает к ней.
- К кому?
- Женщина, он встречается с ней десять лет. Раньше у него было много ночных спутниц, теперь отец выбрал одну.
- А мама?
- Она не нужна ему, как и я. По существу, - я посмотрела в окно. - Ему нужны только деньги. Я ненавижу его.
- Он твой отец.
- У вас был отец?