– Зачем вы расспрашиваете про мою маму?! – требовательный детский голосок врезался стрелой локомотива в столь желанную фантазию.
– А?
Чес опустил глаза. Перед ним стоял паренёк лет восьми, хорошо и модно, если Чес верно соображал в старинном дресс-коде, одетый. Сошёл бы за прилежного сына дворянина, если бы не бандитски вздёрнутый нос, усыпанный веснушками, и злой прищур глаз, нацеленных на Чеса. Казалось, вопрос и непонимание на лице только больше рассердили мальчишку.
– Что слышал! – с вызовом выпалил он. – Чего тебе надо?
– Я ищу…
– Маму, да! Я видел, как ты спрашивал на рынке, а потом сидел в «Красной розе» с мистером Хоффманом.
Чесу вспомнилась хлопнувшая дверь, но даже обернись он тогда, разве заподозрил бы что-то, увидев обычного паренька? Зато теперь ему известно, как зовут старика. Они что тут все знают друг друга по имени?
– Ты, должно быть, напутал, – примирительно проговорил Чес. – Я действительно кое-кого ищу. Девушку. Но она не твоя мама, не может ей быть. Это моя жена, Офелия. Хочешь, я покажу тебе фотографию, и ты убедишься, что я не хотел ничего плохого для твоей семьи?
Парень скептически фыркнул, но Чес всё равно сунул ему под нос снимок. Сколько раз за сегодня он его доставал? Вроде бы не так много, но уголок уже замялся.
– Ничего я не напутал! – мальчишка отбил руку Чеса, будто тот держал у его лица не фото, а пистолет. – Зачем она тебе? Чего тебе от нас надо?
– Послушай, – Чес изо всех сил старался быть терпеливым, хотя, видит бог, это было непросто. Сын? То есть у Офелии тут ещё и сын? А муж есть? – Я не хочу ничего плохого, правда. И… Помоги мне, а? Я могу встретиться с твоей мамой? При тебе, чтобы ты убедился, что я ничего не замышляю.
– Нет.
– Пожалуйста, я…
– Нет! – мальчишка выкрикнул это так громко, что оглянулась половина улицы.
Его щёки запылали, а из глаз брызнули слёзы, которые он тут же зло смахнул манжетой рубашки.
Неужели всё правда, и она… Тогда Чес только что поступил с этим мальчиком невозможно, невыразимо жестоко. Но попросить прощения не смог. Казалось, любое слово, любой жест - и тот зарычит, точно волчонок.
– Фил, – раздалось из-за плеча.
И по тому, как переменилось лицо мальчики, Чес понял, что звали именно его. Сердце Чеса пропустило удар. Он даже не смел обернуться - боялся увидеть, что за его спиной стоит Офелия. И только спустя несколько мгновений застывший мозг оттаял и вывел тело из ступора – не её голос.
Чес посмотрел назад. В шаге от него стояла женщина в пыльно-синем платье. Она склонила набок голову, обрамлённую медными кудрями, и немигающим змеиным взглядом вцепилась в мальчика. В Фила?
– Идём.
– Зачем? – настороженно спросил тот, но всё же сделал шаг навстречу.
Чес развернулся всем телом и попытался заслонить паренька собой.
– Она опасна? – спросил через плечо.
– Да отстаньте вы, не ваше дело, – всё ещё нетвёрдо отозвался Фил, но злость уже стремительно к нему возвращалась.
Он пролетел мимо Чеса, нарочно задев плечом, и остановился перед женщиной. Вытянулся, чтобы казаться повыше.
– Зачем? – настойчиво повторил он. – Отец не…
– Она хочет поговорить.
Женщина произнесла «она» с таким значением, что мальчишка сразу замолчал, кивнул и поспешил за ней следом.
Чес остался стоять, глядя им в спины. Вдруг женщина оглянулась:
– Я Марта, гадалка, – вроде шепотом, но слова долетели так отчётливо.
Гадалка? Ведь это к ней советовала обратиться торговка украшениями? Чес рванулся было следом, но Марта мягко вскинула вверх руку. Остановила одним жестом. В нём были и приказ, и просьба, и обещание – потом.
Чес послушался.
Он позволил им уйти и унести с собой ту малую, но всё же возможность узнать что-то об Офелии. Куда теперь? Он ведь не полицейский, не детектив, за которого его тут почему-то приняли.
Чес побрёл через площадь, не думая о направлении. В конце концов, какая разница – куда? Он не знал, что это за город, и ни одна гугл-карта не способна была подсказать направление. А даже если бы и могла, что толку? Куда идти, где тут ищут пропавших без вести людей?
Чес свернул в какой-то заросший сад за покосившимися воротами. Наверное, раньше это был парк вокруг роскошного особняка, но сейчас он выглядел беспризорным. По обеим сторонам от входа на толстых гранитных колоннах восседали каменные горгульи. Проходя мимо них, Чес невольно ускорил шаг, будто они могли спикировать на него и разодрать за непрошенное вторжение.