Притихшие тарталетки на подносе с любопытством глядели на бесплатное развлечение, заставляя меня переживать об их судьбе. Ведь ежели сейчас начнутся боевые действия, вся вкуснятина попадает на пол, и придется этот мелкий закусончик прямо по полу караваном отправлять к голодным гостям, пешочком. Шутка.
— Что у вас стряслось? — спросила моих шумных рыбок.
— Ничего, — сквозь зубки процедила девушка, взглядом делая из своего возлюбленного экзотическое блюдо — русал-гриль. — Прости, что шумели, Марьяна. Больше не будем. Сейчас вот от чешуи этого идиота очищу, уху из него сварю и подам гостям! Хоть на что-то путное сгодится, килька неумная!
— Чешуечка моя, прости, — подал голос будущий супчик.
— Да прощу, прощу, ты не переживай, — она поиграла сковородой. — Только вот решу, с какими специями тебя варить, и сразу прощу!
— Заечка… — он протянул к ней руку.
— Цыц! — саблезубым тигром рыкнула заечка, а потом замерла.
О, скандал закончен? Странно, думала, у темпераментной русалки хватит сил так расчихвостить возлюбленного, что у него плавники отвалятся!
— Милая, ты чего? — осторожно поинтересовался тот, хмурясь.
Кажется, он тоже не ожидал такого быстрого завершения воспитательного процесса. Думал, как и я, что тайфун утихнет, лишь оставив от того, кто проштрафился, мокрое место, косточки и хвост — на память, чтобы на стену повесить, в назидание потомкам.
— Т-т-т-т-там! — просипела она, ткнув дрожащим пальцем в окно.
Я подошла к нему и тоже превратилась в изваяние, хлопающее ресничками. И даже они были поражены из-за того, что происходило на горизонте. Море… э-э, не знаю, чего ему вдруг вздурнулось, но оно вспучилось огромным водным мостом. До неба вздумало достать? Протереть его от облачков? Или просто солнышко прикрыть, чтобы не так жарко стало?
— Мне это чудится? — пробормотала, пока брови убегали знакомиться с затылком.
Вопрос был риторическим. Ответа не ждала. Да и не до него было. Ведь вся вода устремилась к нам — эдаким игривым цунами, соскучившимся по обнимашкам. Мысли мигом эвакуировались из головы. Испугаться успела только за детей, отчетливо понимая, что если вся эта мощь ударит по дому, от него не останется и щепок. А все мы отправимся в кругосветное путешествие, вплавь. Если выживем.
Однако водный апокалипсис не случился. Волна замедлилась и, став огромным «языком», мягко подкатилась к лужайке будто ковровая дорожка. Я «отмерла», подскочила, будто получив любимый Кондратием «пендачок под попендру», и шустрой тигрой поскакала на место происшествия. Не то чтобы с хлебом-солью собиралась встречать незваную гостью, но разобраться-таки надо было. А то что за беспредел без разрешения и, хуже того, без моего участия?
В саду было тихо. Гости сидели за столами, как послушные ученики за партами и круглыми глазами взирали на выходящих из волн русалов. Я тоже притормозила, лихорадочно вспоминая, не вызывала ли в качестве подмоги на свадьбу чешуйчатый десант. А может, это запоздалый подарок от подружек невесты?
Кстати, отличный презент, вынуждена признать! Хмыкнула, заглядевшись. Все высокие, мускулистые, чешуя на солнце играет — у одного серебром, у другого золотом, у третьего бронзой такой насыщенной, густой отливает, что глаза слепит. Зря я, оказывается, рыбалку-то не люблю, ой, зря!
— Это всего лишь морепродукты, — недовольно буркнул Эзра, подойдя ко мне. — Чего ты загляделась-то на этих креветок?
— Да? — стрельнула в него глазками. — А это тогда кто? — кивком указала на того, кто вышел из волн, когда красавчики расступились, встав полукругом, как элитная охрана.
Он был крупнее их всех. И тоже хорош, хоть и в возрасте — о котором ябедничала голубоватая седая борода до… э-э, почти до самого хвоста, который сейчас же заменили ноги — едва мужчина оказался на лужайке. Чешуя преобразилась в наряд, похожий на кольчугу. На шее гостя засверкали ожерелья. Мощные руки сжимали ярко сияющий трезубец.
— Может, барон Тундар их пригласил, а нам сказать забыл? — пробормотала, хмурясь.
Откуда мне знать, с кем дворяне дружбу водят?
Глава 39
Морепродукты
— Нам нужен вот этот русал, — сообщил мне один из новоприбывших, подойдя ближе и протянув картинку, обрамленную жемчужинками.
С нее смотрел Сильвер. Тот самый, наш, распекаемый Селеной на кухне. Все интереснее и интереснее.