– Опять распознавание тормозит, – ругнулся Зорг, в сердцах ударяя по крышке приборного пульта.
И тотчас на дисплее промелькнула строчка с результатами данных сканирования.
Наступила потрясенная тишина.
– Имперский эсминец! – с восторгом сказал Зорг. – Это же имперский эсминец! Настоящий боевой межсистемник! Мы богаты!
Леви не дал парню порадоваться, чувствительно врезав тому по башке.
– Придурок! В том то и дело, что это боевой межсистемник, а значит, что-нибудь заработать не получится. Нас поджарят быстрее, чем мы сумеем подойти ближе. Попробуй вызвать, может, там кто-то есть.
Десять минут непрерывных передач с предложением помощи не принесли результата. Эсминец молчал, напоминая безжизненный гроб.
– Что он делает рядом с астероидным полем? – спросил Топтун, перегнувшись над спинкой кресла. – И почему энергоактивность почти на нуле? Похоже на спящий режим в дрейфе.
– Какая разница? – злобно прорычал капитан, вспомнивший, что его разбудили.
Выходит, все зря, мог бы и дальше спать, не отвлекаясь на пирог, который им не по зубам.
– Если по каким-то причинам корабль бросили, то на его борт вполне можно проникнуть, – сказал тот, кто раньше занимался потрошением звездолетов.
– Разве? Там же целая куча всяких защитных боевых систем. Для нашего буксира хватит обычной турели ближней обороны, работающей в автоматическом режиме.
– Это если подлететь на высокой скорости, – ответил Топтун. – Но если зависнуть подальше, не входя в область поражения так называемого «радиуса безопасности», то шансы сблизиться вырастают. Подлетим в скафах. Это займет немало времени, но куш того стоит.
– В шахтерских скафах увеличенные аккумуляторы, – задумчиво произнес Леви. – Есть встроенные портативные двигатели. Возьмем дополнительные блоки с регенераторами, сможем хоть целые сутки не вылезать из них.
Зорг дернул руками, привлекая внимание собеседников.
– Спятили? Какая разница, на чем лететь, на буксире или в скафах? Нас по-любому сожгут. Может, у них там просто небольшой ремонт. А тут мы заявимся. Спорю на что угодно, это один из военных кораблей корпорации. Они же сначала стреляют, а только потом смотрят в кого.
Топтун покачал пальцем перед собой в отрицательном жесте.
– Если двигаться очень медленно, используя круговой вектор сближения, система не воспримет такие объекты опасными. Особенно если находиться в спящем режиме, экономя энергию. Я уже встречался с такими случаями. Правда, если на борту искин последнего поколения, тогда ничего не выйдет.
– Это безумие. В твоих словах что-то слишком много если, – сказал Зорг все таким же недовольным голосом.
– Можем послать вперед какую-нибудь приманку. Начнет стрелять – отойдем обратно и снова вернемся к транспортировке булыжников, – сказал Леви, не отрывая взгляда от монитора, где горела заманчивым огоньком сигнатура висящего в пустоте брошенного корабля.
Препирались недолго. Возможность заполучить прорву денег за настоящий боевой межсистемник перевешивала все доводы осторожности.
Понадобилось два часа на сборы и еще десять на полет в скафах, чтобы подобраться поближе к небывалому трофею.
– Какой красавец, – с чувством сказал Топтун, глядя на стремительные обводы хищного силуэта эсминца. – Имперцы всегда умели строить прекрасные корабли. Даже просто глядя на него, становится страшно. Представляю, какой он в бою.
– Надеюсь, этого мы никогда не увидим, – проворчал Леви в микрофон шлема. – Моя шкура мне все так же дорога.
– Если в медкапсулах найдем баб, то я первый, – влез Зорг, державшийся чуть позади.
– Ты первый пойдешь сейчас, сблизишься и попробуешь боковой шлюз, – ответил капитан, недвусмысленно указывая рукой в направлении видневшейся острой кромки на боку звездолета.
– А почему я? Это Топтун у нас спец по всяким корабельным штучкам. Вот пусть он и лезет вперед.
– Заткнись! И делай, что говорят! Иначе уменьшу долю. Понял?
Еще что-то проворчав, кажется, проклиная все на свете, Зорг тем не менее вынужденно полетел вперед. Лишаться существенной части добычи ему не хотелось.
Как ни странно, последний километр старателю в шахтерском скафандре удалось преодолеть беспрепятственно, никак не потревожив систем корабля.
А дальше и вовсе невиданное дело – шлюзовой переход гостеприимно распахнулся от набранного универсального кода, применяемого спасателями для экстренных эвакуаций на терпящих бедствие гражданских судах.