Приятель не разочаровал его, нетерпеливо поторопив:
– Ну что там еще?
– Судя по слаженности движений эсминца, его маневров – к нам пожаловал корабль под управлением линковода. Вероятность этого – 97 процентов.
Под конец фразы второй диспетчер уже не скрывал похоронного настроения.
Боевой межсистемник, пилотируемый линкводом, к тому же самого последнего поколения класса «А» – это несомненный приговор всем находящимся в звездной системе.
Совершенный убийца, заключенный в стальной корпус военного корабля, обладающий способностью управлять им, как своим собственным телом.
Было от чего прийти в отчаяние.
– Спокойно, парни, – сказал вдруг Джерман. – Могу по секрету сообщить, что нашими корветами тоже управляют линководы. Когда я соглашался на работу, меня об этом заранее проинформировали, убеждая в крепкой защите системы. Не так-то просто справиться с ними. Так что еще не все потеряно. Они нам помогут.
Не помогли…
Подошедшие ударные корветы из охранения смело вступили в бой с чужаком. Молниеносно завязалась схватка между тремя кораблями. Продлившаяся, впрочем, недолго.
Сначала эсминец Рудной корпорации расправился с одним противником, достав его ракетами уже с обычными боеголовками. Затем он расстрелял из ионного и плазменных орудий второго, не позволив тому нанести себе ощутимого вреда.
А после агрессор устроил форменное побоище, начав уничтожать все подряд, включая находившиеся неподалеку транспортники. Он безжалостно сеял вокруг себя смерть и разрушения, не щадя никого и ничего.
Совершенно выпавшие в осадок от творившейся бойни диспетчеры молча наблюдали, как всего один корабль превращает в горы бесполезного мусора еще совсем недавно почти готовые производственные промышленные линии. Никто из них никогда за свою жизнь не видел ничего подобного.
– Вызывай его, – хриплым от волнения голосом произнес начальник службы наблюдения и контроля. – Скажи, что мы сдаемся. Через пару минут он достигнет нашей станции.
– Я уже пытался, – ответил Лени шепотом. – Он не отвечает. Хотя сигнал точно проходит.
– Так, всем двигаться к спас-шлюпкам, – скомандовал Джерман. – Ничего больше мы сделать не сможем.
Все трое дружно встали, не оглядываясь направились к выходу. Но добраться до причальной палубы никто не успел. Станция административного назначения разделила судьбу своих приятельниц, разлетевшись в пустоте миллионами осколков после попадания очередной ракеты с гравибоеголовкой.
Территория Периферии. Имперский эсминец «Разбойник». Регистрация корабля военизированного корпуса службы безопасности Рудной корпорации
Уже традиционный разговор с Рао Пармаром состоялся на вторые сутки после налета на производственную базу метаморфов.
– Приветствую, Макс. У меня новости.
В ту же секунду он осекся, внимательно приглядываясь к моему лицу.
– Вижу, после последней нашей беседы у тебя кое-что случилось, – сказал сингариец, мгновенно заметив случившиеся перемены. – Каанр полностью адаптировался?
Пармар без труда угадал, что со мной произошло. В прозорливости ему не откажешь.
– Верно, модуль наконец-то развернулся до конца.
Ученый помолчал, разглядывая меня изучающим взглядом.
– Сильные изменения? – спросил он.
– О да, – без ложной скромности ответил я. – Ты даже не представляешь насколько.
Моя правая рука слегка приподнялась вверх, над ладонью появился черный шарик смертоносной энергии. А глаза покрылись прозрачным кристаллическим образованием.
За последний день я неплохо навострился контролировать трансформацию тела в определенном порядке.
Пармар с жадным любопытством смотрел на представление, уделив особое внимание скорости перестройки живых тканей.
– Невероятно! – выдохнул ученый-генетик. – Это просто потрясающе, Макс! Тебе немедленно надо…
– …вернуться на Канваль для прохождения тестов, – докончил я, перебив собеседника. – Как-то не слишком вовремя, не кажется? У нас тут проблемы посерьезнее, чем твое увлечение по совершенствованию человеческого генома.
– Какие-нибудь негативные эффекты? – словно не слыша, спросил Пармар.
– Пришлось избавиться от сеграста. И слишком низкий эмоциональный фон. Не знаю, опасно ли это, но честно говоря, вызывает определенную настороженность, – ничего не скрывая, ответил я.
– У тебя должна быть частичная ДНК-архитектура Ушедших, – заметил сингариец. – Уровень воздействия не полный. Ты не стал настоящим метаморфом, если тебя это пугает.