Однако я еще пробежал полкилометра, и как-то тихо. Встал за дерево, поводя стволом. Минута, две, пять, никого. И по бокам, да за спиной, мало ли по флангам обошли, тоже. Я стал уходить в сторону, к дороге. Свежих следов не было. Через полчаса убедился, что бандиты просто прекратили преследование и ушли. Странно, но я рад, что жив. На дороге, а тут открытый перекресток двух, сложил огромную кучу книг, освободил хранилище от этого барахла, и поджег с пяти сторон. Медленно, но куча начала разгораться. От книг давно нужно было избавиться, а тут мощный костер будет, может, внимание привлеку местных патрулей, и они наткнутся на бандитов, сорвав их задание? То, что я сорвал, это вряд ли. Убедившись, что куча ярко полыхает, я побежал прочь. Выглядел я уже как местный житель, винтовки нет, она в хранилище, потом надо будет почистить. пиджак снял, жарко, на сгибе руки нес, так и двигался по дороге. Километр бегу, километр шагом, дыхание восстанавливая. Такая слабость мне не нравилась, но ничего, терпимо. Километров пять отмахал, пока на опушку не вышел. Дорога шла к трассе, где виднелось движение. Вот и я туда пошел. Километра на два отошел и обернулся, разглядев заметный столб дыма. Там деревья расступались на перекрестке, надеюсь, ветви не загорятся. Еще лес не хватало спалить, он хвойный, вспыхнет как спичка. Шел я быстрым шагом, так и добрался до трассы, от опушки до нее километра четыре было. Дальше виднелось полотно железной дороги, где время от времени проходили составы. Тут армейские машины мелькали, гражданские, вот и повезло уже через десять минут остановить «полуторку» с почти полным кузовом пассажиров, куда я и забрался, мне руки подали, и к восьми вечера мы доехали до Барановичей.
Уф-ф, хорошо, хоть покормили меня, с шутками и прибаутками я выяснил, где нахожусь и какое сейчас время. Это была трасса Брест – Барановичи. Машина ехала из одного колхоза на склады Барановичей, за запчастями к сельхозтехнике. Ну и пассажиров попутных по дороге вот подбирал шофер. Где-то на полпути между Брестом и Барановичами меня подобрали. Сейчас девятнадцатое июня, и да, до начала войны еще три неполных дня, два, я бы сказал, с мелочью. Да ладно, я уже смирился. Хорошо ощущать себя сытым и довольным. Видно было что я оголодал, и мне кусочки подкладывали сердобольные женщины, их пятеро в машине оказалось. Вот так поблагодарив пассажиров и шофера, я направился к железнодорожному вокзалу, даже смог купить билет на поезд, что шел на Минск, и документов не спросили, которых у меня как раз и нет. Тут не приграничная зона, она дальше к границе. Такого особого контроля нет. Документов и у той тройки бандитов не было, иначе позаимствовал бы. В девять вечера я отбыл на Минск, попутный поезд из Бреста шел, с этим повезло, там и уснул на полке.
Разбудили ночью, поезд заходил в Минск. Проводник толкнул, знал, что я тут выхожу, так что я покинул поезд, который встал на перроне вокзала, тут много кто выходил, другие занимали свободные места, и вот я направился прочь от вокзала. Нашел городской парк, густой кустарник, пиджак на землю, вторым накрылся и вскоре продолжил прерванный сон. Нужно набраться сил. С утра на рынок, планы такие. Хранилище по сути пустое, нужно сделать запасы, именно что съестного. А то не понравилось мне, что чуть до голодных обмороков не дошло. Я решил повоевать, аж дрожу от предвкушения, схватка с бандитами взбодрила, но еще больше завела. А война долгая, и запасы иметь стоит, тем более я решил добровольцем оформиться через минский горвоенкомат, и есть немалые шансы, что попаду в скорое окружение, в Минском котле. Поэтому подготовка и нужна. А так проснулся вовремя, уже рассвело, но было рано, часы показывали шесть утра. Отряхнувшись, прибрал лишние элементы одежды, коими укрывался, после чего, покинув парк, направился на поиски рынка. Я в Минске несколько раз бывал, но обычно во время войны или после, когда тот сильно пострадал и особо в довоенном не ориентируюсь. Поэтому и спрашивал у местных. Мне даже подсказали, где остановка трамвая и какой номер нужен, они уже ходить начали. Доехал без проблем и за билет уплатил, и вот он, рынок, ворота широко открыты, и видны ряды с продавцами и покупателями. Люд городской втягивался на территорию. Гул разговоров над ним стоял.
Пройдя на территорию, нашел, где продаются вещевые мешки, видно, что сами пошили, деревенского типа, купил один и, покинув территорию, загрузил вещами с бандитов и двумя парами сапог, последние снаружи подвесил. Они мне все равно не подходили. Потом вернулся и распродал на вещевых рядах, да все брали, даже элементы польской формы не смущали. Исподнее все продал, постирать так и не успел. Потом купил городскую одежду своего размера и один комплект нательного белья. Переоделся и продал те трофеи, что на мне были. Сапоги вот убрал в хранилище, вместо них купил обычные летние ботинки. Тоже ношеные, как и одежда. Раз я в вещевых рядах был, приобрел еще кепку. Поискал и нашел подушку и два одеяла, кусок брезента три на три метра, бечевку. Один торговец продал мне армейскую двухместную палатку. А еще один – медвежью шкуру, рулоном лежала. Без нее жить на открытом воздухе можно, но тяжело. Ох как мне повезло ее найти было. Полчаса ходил, спрашивал у кого есть. Все это я прибрал в хранилище, отчего часто покидать рынок пришлось. Остаток наличности потратил на покупку пяти десятков вареных яиц у бабулек и семи цельных пирогов. Три с капустой, один с капустой и грибами, один с рыбой и два сладких с яблоками. Все, потратился, налички больше нет.