– Спасибо, чертяка, выручил все же. Чего ждал так долго?
– Так машину угнал, ночью ехать собрался, а так поиски бы начались, и дороги перекрыли. У меня рана ноги, я долго ходить не могу, болит.
– Понял. Где машина?
– Тут, в трех километрах. Большая, всех вместит. Там еще три девушки, из медсанбата. С нами поедут. Встретил позавчера.
– Отлично.
Он выстроил бойцов, и мы побежали к машине. Я вел группу. Прямо по полю, местность-то открытая. До темноты оставалось часа два, может, чуть меньше. Так и добрались до стоянки машины, понятно, что стояла та в овраге, да еще натянута была над ней маскировочная сеть. Ее пока убирать не стали, ждем темноты. Девчата, что нас встретили, стали проверять бойцов, всех, в каком те состоянии, пока я на керогазе кипятил воду в чайнике для чая и нарезал хлеб с салом и разными вкусностями. Парней надо кормить, вон голодными глазами смотрят, как я творю. Потом и покормили, да чаем напоили. Состояние у парней, конечно, среднее, все голодные, кое-кого подлечить нужно было, но в принципе дорогу выдержат. Почему мы особо не торопились, так тела охраны оттащили подальше и спрятали. Поди знай, где пропала эта группа пленных. За полчаса до наступления темноты бойцы уже сворачивали сеть в компактный рулон, ко мне подошел особист. Сам я снаряжал Студента. Он мой боец. Тот, как увидел наш миномет, чуть не заплакал. А так я ему выдал винтовку Мосина, ремень с подсумками, теперь будет носить кофры с минами. Тот все еще в моем расчете. Запасов стрелкового оружия не делал, что сняли с охраны, то и имели. Ну и я пока машину добывал, пять карабинов и два пистолета собрал, поэтому половина бывших пленных была вооружена. Пистолет унтера вон у особиста. Тот же, подойдя, спросил:
– Сержант, почему не сообщили, что вам известен немецкий язык?
– Не спрашивали.
Вообще в нашей группе махновщины не было, командовал особист. Он, кстати, ранее носил форму политрука. Для особистов маскироваться под них считалось нормой. Причем тот хоть и командовал, но уточнил мои планы, как выбираться к нашим, и согласился с ними. Едем как можно дальше на машине, а потом уже пешком. Я сообщил, что знаю, что бои за Могилев уже к концу подходят, а вот Смоленское сражение начинается. Нам бы туда прорваться. А это километров триста. Это по прямой, что вряд ли мы проедем. Тут же в группе Вершинин, это фамилия особиста, разбил нас на три части, одна моя, это я со Студентом и тот боец из нашей роты, его подносчиком боеприпасов сделали, тоже мины носить будет. Потом старшина Васюков, принял командование над полутора десятком бойцов, и младший сержант Лазарев, он танкист, еще командует десятком бойцов. Ну и медики, но они отдельно.
– В опросном листе военкомата была графа по знаниям языков, там пусто. Я помню, – настырный особист все пытался выяснить, что тут не так.
– Я не заполнял его, это делал сотрудник военкомата, потом дал расписаться. Про знания языков вопроса не было.
– А ты еще что-то знаешь?
– Да, мне языки хорошо даются. Английский уже сам изучал, в школе, в военном училище, потом улучшил, неплохо говорю и письменность знаю.
– Ясно. Буду знать. Выезжаем?
– Думаю, да, уже можно.
Мы собрались, загрузились в машину и, с некоторым трудом покинув овраг, двигатель еще не прогрелся, покатили к дороге. А там уже в сторону фронта. Дорога пуста в основном была. Редкие деревенские не в счет. Я не переодевался, так и был в своей красноармейской форме. Знаете, думал, путь займет ну дня три, но мы добрались за две ночи. Причем дорога была мной разведана. Я же вчера ждал наших у места ремонтных работ, а их не было, за три часа до заката я на «мессере» полетел к передовой. Самолет немецкий, со всеми обозначениями, поэтому внимание не привлек. Добрался до передовой, нанося все на карту, украл там же где и самолет, маршрут будущего движения. Я опытный летнаб и воздушный разведчик, знаю, что делаю. Даже вернулся к полуночи, еще и посетил тайно тыловой аэродром противника и восполнил потраченные запасы топлива. К девчатам заехал, проверил, как дела, а под утро вернулся к месту засады. Тут уже повстречал наших, выспался за день и вот освободил, так что я знал, где лучше ехать. За первую ночь отмотали около ста пятидесяти километров. Было бы больше, но стремно через наплавную переправу проезжать, там охрана и регулировщики, однако проскочили, присоединились к автоколонне противника. Там в лесу постояли, день пережидали, заодно посетили разбитые позиции, а чуть в стороне брошенная автоколонна наших войск была. Мы оттуда автоприцеп забрали, более того, в машинах я два батальонных миномета нашел, забрали. В прицеп погрузили. Парни изучили что могли, немцы немало собрали, их трофейщики были, но три винтовки и карабин найти смогли. Патронами я поделился. А следующей ночью выехали к нашим, еще отмотав километров семьдесят. Тут не прямой путь был, пришлось объезжать. Да с Могилевым сближаться, объезжая его.