— Хорошо, — выдавил наконец Гисич, — вот вы этим и займетесь. Ты и Феоктистыч. Но запомните: у вас только одни сутки! Завтра утром я жду полную, развернутую информацию на этих людей! Технику и личный состав можете задействовать по своему усмотрению…
Буров и Полипчук поднялись практически одновременно. Больше по привычке, чем по необходимости, вскинув правые руки к виску и буркнув под нос уставное «есть», они вышли из кабинета.
Оставшись один, Николай Егорович достал из папки фотографии, привезенные его опергруппой с заимки возле Чертова болота. Впрочем, и без них было понятно, что группу террористов, которую привел с сопредельной стороны Федор Данилюк, уничтожили профессионалы. Странно только, почему они, «работая» в квартире пропавшего журналиста Юргина, так «наследили»: оставили кучу гильз и, в придачу к ним, два трупа на самом видном месте — настоящие «профи» так не работают. Собрав все фотографии, Гисич в сердцах с размаху швырнул их на стол. С одной стороны, все сходилось, с другой — ничего не сходилось. К тому же полковник прекрасно понимал, что информации не просто мало, ее вообще нет.
— Хрен с вами, — пробурчал он, — разведывайте там, отслеживайте, а у меня свои методы…
Он снял трубку служебного телефона, и после двух коротких гудков раздался голос:
— Слушаю, товарищ полковник…
— Привет, Михайло, — пытаясь говорить добродушным тоном, пророкотал в трубку Гисич, — как там твои хлопцы?
— Да слава богу, — ответил его собеседник на другом конце провода. — Вашими молитвами…
— Ну, молитвы сам знаешь, у нас какие.
— Случилось что, Николай Егорович?
— Случилось, Михайло. Бойцов двадцать можешь организовать?
— Как срочно?
— Уже вчера…
— Понял, сделаем, куда выдвигаются?
— Прокофьевы хутора. Знаешь такие?
— Найдем. Контрольное время когда?
— Я же тебе сказал, еще вчера утром.
— Понял, выдвигаемся…
В трубке послышались короткие гудки отбоя. Николай Егорович несколько секунд слушал их, думая о чем-то своем, потом тихо прошептал:
— Все же так надежнее будет.
Глава 26
До окраины Прокофьевых хуторов разведчики и их спутники добрались, когда солнце уже клонилось к закату. Локис, который большую часть своей сознательной жизни провел, в общем-то, в крупном промышленном подмосковном городе, имел самое отдаленное представление о том, что в Белоруссии и на Украине принято называть хутором. Он думал, что хутор — небольшое поселение в несколько домиков, которые разбросаны на приличном расстоянии друг от друга. И даже после того, как Володя устроился на контрактную службу в спецназ и в одной из своих бесчисленных командировок смог лично убедиться, что хутор — это не всегда маленькое село, отделаться от сложившегося когда-то стереотипа так и не смог. Вот и Прокофьевы хутора для него были очередным сюрпризом. Хутора напоминали больше поселок городского типа. Звук работающей лесопилки разведчики услышали примерно за километр. Демидов, шедший в цепи вторым, жестом руки приказал всем лечь. Разведчики расположились на небольшом холме, возле вполне объезженной дороги. Одна странность слегка покоробила Локиса — хутора были обнесены бетонным забором, поверх которого шла колючая проволока. В общем и целом их делали не очень грамотно, опытному спецназовцу просочиться туда не составляло особого труда.
— Что там, Купа? — Володя подполз к Демидову, пытавшемуся в бинокль рассмотреть поселок.
— А хрен его знает, — не отрываясь от бинокля, буркнул Купец, — понастроили тут на нашу голову, а мы выеживайся…
— Дай гляну…
Кроме серых бетонных стен и современной колючей проволоки, накрученной поверху, Локис тоже ничего не увидел.
— Разведка нужна, — пробормотал он, пытаясь изыскать взглядом хоть какую-то щель в заборе.
— Сдурел? — буркнул Купец. — Кто пойдет?
— Ну, могу я.
— Ты от своей подростковой любви хренеешь все больше и больше, — проворчал Купец.
— Да при чем здесь это? — Голос у Володи сделался вдруг пронзительным.
— Не ори! — строго прошипел Купец. — Кого с собой возьмешь?
— Чижа. Вон и проход есть.
— Где? — перехватил бинокль Демидов.
— Влево, «полдесятого».
— Вижу, а точно сможете пройти?
— А когда мы с Чижиком не проходили? Это мы с Толстым вечно застреваем, он где-то там со своим пулеметом тормозит.
— Ладно, отходим.
Вернувшись к основной группе, Володя, понимая, на что идет, нарочито широко улыбнулся: