Играть предстоящую свадьбу сестры Марина собралась в "Сакунтале". Даже мнение будущего мужа Карины она не брала в расчет.
- Дорого это получится, - пробовал сопротивляться Валера, - мы бы хотели скромно, по-домашнему. У нас квартира не очень большая, но и гостей мы немного звать собираемся.
- Ну вот и зовите этих своих немного гостей сюда, - ответила ему Марина, однако заставила его подсчитать точное количество приглашенных и подать ей список.
Она уже знала, на какие скидки могла в ресторане рассчитывать, какие продукты покупать, в какие деньги это обойдется.
- Ты что, Маринка, с ума сошла, - услышав и без того приуменьшенную сестрой сумму, возмутилась Карина, - зачем? Эти деньги можно потом просто на жизнь потратить.
- Просто на жизнь тебе пусть твой муж зарабатывает, - ответила Марина, - а я хочу праздник. У меня одна сестра, и я надеюсь - единственный раз замуж выходит.
- Конечно, первый и последний!
- Тем более. Значит, я хочу, чтобы у тебя была красивая свадьба. Не думай, я у твоего Валерки возьму, конечно, денег. Машины и всякое такое тоже его проблемы.
- Да, да!
- Но все остальное - мой тебе подарок. И чтоб наши родители были довольны и счастливы.
- родители узнают, скажут, откуда у Марины столько денег? А? - в свою очередь спросила Карина.
- За счет ресторана, скажем. Да мало ли что можно придумать!
Где и сколько Марина собиралась брать денег, никого уже не касалось. В голове её было много планов и расчетов, и все они были позитивными. Марина умело трезво смотреть на вещи, а значит, знала что делала.
День свадьбы выдался слегка морозным и солнечным. Гости уместились в четырех машинах.
Прическу невесте делала Маринина парикмахерша, а макияжем сестры занималась сама Марина. Естественно, все гости в один голос восхищались красивой парой.
Марина была прирожденный стилист. На лице сестры она "нарисовала" свое лицо - Марина мечтала видеть сестру такой, какой она представлялась самой себе в день своего главного торжества. И платье Карины было великолепным. Марина и портниха, которой она полностью доверяла, учли все: и что невесте должно быть комфортно и сидеть и стоять, и чтобы её едва заметная беременность, которую, к счастью, Карина переносила легко, а потому не боялась особенно переутомиться на свадьбе, не бросалась никому в глаза. Сестры были немного суеверны, а потому никто, кроме самых близких друзей и родственников, не должен был раньше времени знать о том, что Карина ждет ребенка. И не то чтобы кто-то специально захотел её сглазить, просто чтобы было спокойнее. Узнают, когда придет время, когда малыш родится... Сейчас свадьба, а остальное никого не касается.
Поэтому платье было легким, воздушным. Прозрачный газ, никаких рюшек и обруча на подоле, никаких бантов и пластмассовых висюлек и стразов. Длинное, летящее, нежное.
Марина долго рассматривала у портнихи журналы мод, а затем переключилась на книги по истории костюма, из которых её портниха, которая шила параллельно и для театральной мастерской, часто черпала полезную информацию. И Марина нашла, вернее, сама составила платье на основе костюма средневековой дамы. Портниха тоже загорелась этой идеей, модернизировала все то, что приглянулось Марине, сделала несколько эскизов - и Карина только ахнула.
- Такая красота, да вы что! - только и смогла произнести она. - Может, что-нибудь попроще? Я не привыкла. Да как же я буду в этом?
- Вот так и будешь, - ответила ей Марина, - это получится не помпезно, без всяких претензий, не волнуйся. Ты должна быть самая красивая, и тебе именно такое платье идет.
И Марина в шутку нарисовала платье и на себя: что-то такое пышное, с буфами, с невероятных размеров кринолином, в перьях и с длиннейшим тяжелым шлейфом.
- Да ладно, - засмеялась Карина, - придумаешь тоже. А фата зачем мне такая длинная? Завернуться можно.
- Вот и заворачивайся на свадьбе, когда все гости надоедят, посоветовала Марина.
Увидев невесту в день свадьбы, Валера чуть дара речи не лишился платье ему, конечно же, раньше времени не показали. В наряде невесты было учтено все, даже белая песцовая шуба, что подарили Карине Валерины родители, была принята Мариной (которая быстро все сумела пронюхать) в расчет, а потому лежала на плечах невесты удобно и уместно. Поэтому Карина могла долго гулять по улице, не мерзла и не просилась в машину.
Радостно светило ноябрьское солнце, когда Каринина свадьба приехала на Воробьевы горы, жених с невестой просто блистали среди прочих свадебных пар. И даже шикарные кавалькады дорогих машин, разряженные чужие гости и прочие спецэффекты не могли их затмить.
- Кариночка, мы так рады за тебя, так рады, - только и говорили мама и папа.
Родители действительно не могли представить себе такого блеска. Они радовались, что выдают свою дочку в Москву, но чтобы такое... В их маленьком скромном городке, где практически не работали заводы, люди не получали денег. А уж когда свадьба приехала в "Сакунталу", куда подтянулись и все остальные приглашенные, мама, тетя и бабушка не выдержали и расплакались.
- Мама, ну что же вы плачете, - бросилась к ним Марина, - веселиться надо! Праздник у нас!
- Да, доченька, да, - сквозь слезы бормотала мама, стыдливо отворачиваясь от всех и вытирая глаза платочком, - откуда же только все такое, такое...
- Работаем мы, мама, - ответила ей Марина.
Свадьба удалась на славу. Карининой свидетельницей была Наташа Орехова, Валериным - его хороший друг. Однако каково же было удивление родственников, когда в загсе выяснилось, что свидетели-то в принципе и не нужны. Им не предложили даже расписаться.
- Такие теперь порядки, - ответил Валерин свидетель, - ладно. Мы на самой свадьбе оторвемся.
Он неустанно веселил всех, сыпал шутками, играл на гитаре и пел куплеты, танцевал со всеми гостьями, братался с папами, дедушкой, так что все пожилые участники свадьбы не могли на него нарадоваться.
- Мариночка, смотри, вот и тебе жених хороший, - указывая на веселого свидетеля, шептала Марине бабушка, - какой парень замечательный. А, Мариночка? Тебе нравится?
Марина только отшучивалась в ответ.
Появился на свадьбе и хозяин заведения, Анатолий, поздравил новобрачных, станцевал с невестой, которую, естественно, чуть не принял за Марину, посидел недолго и отправился по своим делам. Всю свадьбу просидел и управляющий, Витя Стожаров, правда, жена его, Лариса, очень страдающая от своего токсикоза, чуть не плача была вынуждена уехать домой. Она хоть уходила в кабинет мужа, лежала там, сидела под холодным кондиционером, ела апельсины - почти единственное, что могла проглотить, но все-таки вызвала Марину, долго шепталась с ней - и вскоре они уехали.
Когда Марина вернулась, мама несколько тревожно и несмело спросила у нее:
- Мариночка, ты извини, если я что лишнее спрашиваю, но что это за мужчина с тобой? Это, может быть, тоже? Твой...
- Нет, мама, - как могла мягко ответила Марина, - это мой друг. Давай я тебя ещё раз познакомлю. Его ведь вам уже представляли.
И она подвела маму к мужчине средних лет, с подмеченным сразу мамой обручальным кольцом на пальце.
- Мама, познакомься, это Игорь Александрович, - с улыбкой проговорила Марина.
- Здравствуйте, здравствуйте, - когда мама представилась, широко улыбнулся Игорь Александрович и поцеловал ей руку, - разрешите, я вас поздравлю! У вас дивные девочки! Я просто налюбоваться не могу! А раз такие девочки, то и сама мама, которая их воспитала, должна быть изумительным человеком! Я ещё раз поздравляю вас, я очень рад, что мы с вами узнали теперь друг друга!
Марина заспешила уходить, отвлекла маму на других гостей родственников Валеры, но мама не переставала гадать, кто же это такой, и все хотела поделиться сомнениями с папой. Но Марина и папу быстро взяла в союзники, сообщила ему, что это важный начальник ресторанной сети чуть ли не всего мира, а значит, прямой начальник и самой Марины. Добрый и наивный папа передал эту информацию маме, и мама почти совершенно успокоилась. Но она видела, как смотрит Игорь Александрович на Марину, как много времени они находятся вместе, разговаривают, танцуют. Только кольцо на пальце этого Игоря Александровича блестело в самые неподходящие моменты, не давая маме покоя, порождая сомнения и догадки. Мама вздыхала.