Офис как офис
Катя первый раз устроилась на работу. И сразу в супер-современный офис в небоскребе. Стеклянные окна в пол, весь город как на ладони. Вечером, когда "взрослые" сотрудницы разбегались к мужьям и детям, за окном горела огнями тьма, а ярко освещенный офис становился прозрачным, как аквариум. Это смущало и будоражило Катю, и только мысль о том, что на верхнем этаже небоскреба некому заглядывать в ее вечерний аквариум, позволяла ей победить ощущение, что ее видят глаза неспящего города.
Сотрудниц было всего четверо, и босс, который появлялся редко, говорил мало, и которого Катя побаивалась, хоть и видела всего несколько минут в день: пока идет до своего отгороженного кабинета в общем пространстве, да иногда когда останавливается за ее спиной и смотрит в файлы, с которыми Катя работает. Иногда босс парой фраз корректировал Катины действия. Он был немолод, опытен, не особо красив, но его уверенная властность обеспечивала ему и имидж, и репутацию, и почтение подчиненных.
Иногда Катя пыталась фантазировать об отношениях с ним, но какие могут быть отношения с каменным троллем? Да свадьбой воображаемый роман не мог закончиться никак, а Катя, хоть и имела какой-то бестолковый студенческий опыт секса, в душе грезила о романтической связи на всю жизнь, с трепетом, первыми робкими поцелуями, предложением, детишками и прочим тихим семейным счастьем.
Мир жестких переговоров, риска и красивых девочек, проводящих часы в спортзале, — мир, в котором босс плавал акулой, — был для катиных грез чужим и неуютным.
Как-то босс сел рядом с Катей, и что-то коротко объяснял, показывая пальцем в экран и перехватывая мышку. Катя волновалась и старалась внимательно слушать, чтоб потом не сбиться, вспомнить, сделать.
Поэтому она не сразу поняла, что происходит, когда босс, не прерывая объяснений, накрыл ладонью ее грудь и двумя пальцами сжал сосок через лифчик. Три секунды — и его рука сместилась на мышку, курсор пополз к графику.
Катя замерла: может, ей показалось? Да как такое может показаться?
Отгороженные мониторами, клацали клавишами другие сотрудницы. Речь босса продолжалась без запинки, он задал вопрос, ответ на который еще надо было сформулировать — и Катя начала лихорадочно подыскивать слова.
Ее аргументы убедили начальство, босс сухо поблагодарил и ушел в свой кабинет.
В этот день Катя ушла первой, сбежала панически. Дома думала, не уволиться ли, но решила: нет.
На следующий день она с напряжением ждала, какой будет встреча с боссом, как он может поступить, какими словами она попробует поставить его на место.
Босс пришел, пригласил всех на планерку, раздал поручения. Попросил Катю остаться, и выдал ей пакет новых для нее задач с четкими инструкциями.
Вернувшись на место, Катя засомневалась: может, правда показалось?
На следующий день она ушла домой как обычно, позже всех. Босс тоже остался в офисе допоздна, но к Кате не подошел, попрощался вежливо.
Катя расслабилась. И услышала в глубине своей души что-то похожее на досаду: она была готова к битве, но противник не пришел.
Вечером, лаская себя, она сжала сосок на три секунды. Понравилось. Она покрутила в голове фантазию: а если?.. и кончила.
Следующие три дня не происходило ничего. Мелькнули выходные, рабочие задачи требовали внимания, вернулись рабочие вечера в аквариуме с людьми, открытом "взгляду города". Во вторник Катя была последней, ей оставалось отксерить документы.
Около ксерокса босс подошел к ней и молча провел рукой по ее шее, затем его ладонь скользнула ниже, на грудь. Он расстегнул верхнюю пуговицу в вырезе катиной блузки. Рука нырнула в лифчик, сминая, сдвигая его, обнажая все тот же сосочек, вынимая его из амуниции, заставляя выглянуть и из белья, и из расстегнутой блузки, лаская...
Босс убрал руку.
— Не трогай свою одежду, — сказал он. — Заканчивай работу, и можешь идти домой.
Сосочек торчал из блузки, полурасстегнутой, сбитой набок. Катя чувствовала, что ее лицо залила краска стыда.
И что ее трусики промокли, хотя в голове ее были только стыд, смущение, ощущение нереальности происходящего.
— Закончи копирование, — сказал босс и ушел в свой кабинет.
И Катя закончила копирование. Она остро чувствовала, что ее грудь обнажена, что босс смотрит через стеклянную стену своего кабинета, как она копирует бумаги и как край блузки прикасается к не груди. И город за окнами смотрит снизу вверх, и, конечно, никто ничего не разглядит на такой высоте. Катя подошла к окну, отразившись в нем. "Я почти прилично выгляжу, — подумала она, — небольшой беспорядок в одежде. У меня красивая грудь".