«Извини, буду с Мариной — мы не виделись целый год. Давай перенесём?»
«А как насчёт встретиться втроём? Обещаю, не буду мешать. Тем более я соскучилась по младшей Бессоновой».
«Одну минуту, я узнаю».
Хотя ответ я и так предчувствую, всё же открываю соседний диалог. Марина — жуткая собственница, ревнивица до мозга костей. Ей такое точно не придётся по душе.
Прилетев утром, она уже успела назначить встречу на вечер, чтобы провести его со мной. Несмотря на неразобранные чемоданы, родственников и усталость после дороги.
«Это та зануда из студсовета?» — сразу уточняет.
«Она не зануда, честно».
«М-м, Ань, не думаю, что это хорошая идея. Мы с ней точно не поладим. Давай только вдвоём?»
Я смягчаю её слова и вежливо отказываю Лике, перенося встречу на завтра. Она, конечно, не обижается, но всё же не удерживается от шпильки и называет Марину надменной сукой.
Переписка на этом обрывается, и я переключаюсь на сборы Алисы Павловны.
На улице вот уже неделю стоит тридцатиградусная жара, поэтому я выбираю для неё лёгкий хлопковый бодик с милой оборкой по краю.
Лифт снова не работает, и мне приходится постучать к соседке через стенку, чтобы она приглядела за дочкой, пока я вынесу вниз коляску. У неё ребёнок на год старше моей, и мы нередко выручаем друг друга в таких ситуациях. Это наше маленькое соседское содружество, без которого жизнь в этом доме была бы куда сложнее и куда более утомительной.
Я проезжаю через парк и направляюсь к остановке, где назначена встреча. Немного опаздываю, но не спешу, потому что всё равно приду первой.
Это… классика. Сколько бы времени я ни закладывала, Марина всегда заставляет себя ждать.
Я замечаю её раньше, чем она меня, едва выхожу из-за поворота.
Высокая и стройная, с ослепительной улыбкой и длинными сияющими волосами. Яркая и эффектная — она притягивает к себе взгляды, и прохожие оборачиваются ей вслед.
На ней белые свободные брюки и чёрный кроп-топ, оголяющий живот. Акцентом служат золотистое колье и браслет в одном стиле.
Взмахнув рукой, я ускоряю шаг. Расстояние в несколько десятков метров исчезает за секунды, и мы крепко обнимаемся прямо посреди тротуара, игнорируя недовольных прохожих.
— Ты та-ак изменилась, — протягивает Марина, ласково поглаживая меня по спине. — Такая нежная и женственная. Просто с ума сойти!
Я даже не знаю, кто кому делает больше комплиментов, но ясно одно — они звучат от души.
Наконец отлипнув друг от друга, я отодвигаю москитную сетку, чтобы подруга могла взглянуть на Алиску. По расписанию у неё дневной сон, и лучше всего она спит именно на свежем воздухе, во время прогулки.
— Очаровательная кроха, — шепчет Марина. — Такая светленькая, прямо вылитый Пашка. А я вам, кстати, гостинцы привезла: тебе косметику, а Алиске — набор брендовых пинеток.
— Спасибо огромное, — говорю я, принимая увесистый бумажный пакет и убирая его в поддон коляски. — Ты нас балуешь.
— Да я с удовольствием.
Встреча с подругой совпала с нашим возвращением от свёкров и завершением сессии.
Три недели отсутствия в квартире дали о себе знать, поэтому несколько часов утром я посвятила уборке, пока свекровь присматривала за Алисой.
Сессия прошла не так гладко, как хотелось бы. По одному предмету остался долг, и я договорилась закрыть его в начале следующей недели, попросив Пашу заранее отпроситься с работы.
Иногда закрадываются мысли об академе, но я тут же их отгоняю. Это всего лишь берёт верх усталость. Как бы там ни было, слишком не хочется выпадать из ритма и потом начинать всё сначала.
Мы с Мариной неторопливо гуляем по парку и останавливаемся у киоска с мороженым. Она встаёт в очередь за пломбиром, а я остаюсь в тени с коляской, дожидаясь, когда мне протянут мой ванильный рожок.
Я выбираю скамейку подальше от фонтана, где меньше людей. Там можно спокойно поговорить и не рисковать разбудить дочку. Всё же до детских площадок нам ещё далеко.
Марина отряхивает белые брюки от пыли и садится рядом. Наклоняется к моему мороженому и шутливо откусывает кусочек. Я в ответ пробую у неё. Прошёл всего год с лишним с нашей последней встречи, но никакого напряжения я не ощущаю. Всё так же легко и привычно, с теми же шуточками, словно мы расстались только вчера.
— Ты надолго к нам приехала? — спрашиваю я, озвучивая самый очевидный вопрос.
Подруга смотрит прямо перед собой, слегка пожимая плечами:
— Скорее всего насовсем. Пока не найду работу получше.
— Что-то случилось? — осторожно интересуюсь.
Насколько я помню, Марина никогда не собиралась возвращаться домой. Не просто в гости — вообще. Она всегда представляла себя известной моделью. Вспышки камер, расписанный до минуты график съёмок. Родной город для неё был лишь стартовой площадкой, но никак не конечной точкой.
— Ничего особенного, но и ничего хорошего, — вздыхает подруга. — Контракт у меня был откровенно дерьмовый: штрафы за каждую мелочь, запреты на всё подряд, а нормальных съёмок — по пальцам пересчитать. Я… устала, наверное. Выгорела. Родители, наслушавшись моего вечного нытья, велели собираться домой и не дурить. Уже по прилёте намекнули, что неплохо бы восстановиться в вузе, пока лето, чтобы к осени вернуться к занятиям. Но я не могу. Стыдно. Чувствую себя птицей с подрезанными крыльями.
— Да брось. Даже птице иногда нужно сложить крылья, чтобы переждать бурю и вернуть силы. А заодно понять, куда лететь дальше.
— Думаешь?
— Конечно! Я в этом уверена! — твёрдо заявляю. — А что у тебя с возлюбленным?
— О, мы расстались буквально месяц назад. Наверное, это тоже одна из причин, по которой я вернулась.
Марина откусывает кусочек мороженого, и несколько капель шоколада с её рожка падают прямо на белые брюки. Я спохватываюсь и достаю из сумки влажные салфетки, но от тёмного пятна уже никуда не деться, сколько его ни три.
33
Марина жалуется, что после прогулки со мной собиралась сразу встретиться с ребятами в клубе, не заезжая домой переодеться. А в таком виде ей неловко показываться, поэтому я предлагаю самое простое решение из возможных — зайти ко мне.
Размер низа у нас примерно одинаковый. По крайней мере, до родов так было. Теперь бёдра чуть шире, но, думаю, это не критично.
Подруга катит коляску по тротуару, прикрывая пятно на брюках, и при этом не перестаёт смеяться и отпускать шуточки. В этом для неё занятии есть что-то новое и непривычное. Она чувствует себя молодой мамочкой.
Честно говоря, я люблю наши прогулки с дочкой вдвоём. В эти минуты мир словно притормаживает, и я могу насладиться тишиной и собственными мыслями, которые обычно теряются в ежедневной суете.
До дома идти всего минут пять.
Я немного нервничаю, потому что не успела предупредить Пашу о гостье, хотя не думаю, что это станет проблемой. Он не любит гостей, но в последние дни возвращался с работы достаточно поздно, чтобы об этом можно было не волноваться.