– Ладно, – сказала она.
– В любом случае к тому времени оно уже будет получше. – Я чуть сдвинулся, чтобы устроиться поудобней, и моя рука скользнула вниз по ее боку. Я начал медленно водить пальцами по ее обнаженной коже, где маечка чуть задралась. Наверно, мне следовало передвинуть руку на участок, прикрытый материалом, но вместо этого подушечками пальцев я медленно выводил узоры на ее коже.
Снова посмотрел ей в глаза и подумал, что даже при тусклом освещении, она была самой красивой девушкой, которую я когда-либо видел. Может, в ней и не было модельной гламурности, но было нечто более естественное – несомненно более женственное. И в ней была сила – не только в теле, но и по духу.
А ее кожа была действительно очень мягкой, отчего я стал задаваться вопросом: были ли ее губы такими же мягкими. И в этот момент я кое-что вспомнил, о чем думал прошлым вечером по дороге домой, после того как подвез Николь.
– Эй… ммм… Николь?
– Да? – ответила она. – Знаешь, кроме меня тут никого нет.
– Ну… да. – Я почувствовал, как непроизвольно приподнялся уголок моих губ. Увлажнил их языком и вдохнул, прежде чем продолжить. – Я просто думал… э-э…
Я сделал паузу.
– Выкладывай уже, Мэлоун, – сказала Николь с усмешкой.
– Эм… ты знаешь, – начал я и снова остановился. – Я имею в виду, эм… Я подумал… ты же знаешь, люди будут ожидать, что мы… ну… будем действовать как бойфренд и подружка, верно?
– Да, – сказала Николь с опаской в глазах. – Хватит тянуть резину. Что конкретно ты имеешь в виду?
Положив голову на подушку, я на мгновение уставился на темный потолок, прежде чем перекатиться на бок и уткнуться взглядом в наволочку.
– Ну, я подумал, что в какой-то момент… я имею в виду… это было бы естественно… – Я запнулся, не в состоянии закончить начатое предложение.
– Томас, может не будешь дальше томить?
Почему это было так сложно? Обычно я просто хватал девчонку и целовал, когда хотел. Что было такого в Румпель, отчего все было совсем по-другому?
– Мы должны целоваться… ты же понимаешь… на публике, – наконец ляпнул я и снова посмотрел на нее. Глаза Николь чуть округлились. Я лишь надеялся и молился, что она не скажет мне валить на хрен отсюда.
Она просто лежала и смотрела на меня, поэтому я продолжил лепетать:
– Так что… я вроде как раздумывал, не нужно ли нам… эм… потренироваться.
– Потренироваться?
– Да, – сказал я и вновь отвел от нее глаза, уставившись на свою руку на ее талии, а затем снова на подушку. – Ну, типа, нам надо попробовать поцеловаться… чтобы это не выглядело неловко, если нам придется делать это в присутствии других.
Я продолжал разглядывать наволочку, гадая, была она коричневой или, скорее, бежевой, в основном стараясь вообще не встречаться взглядом с Николь. Я снова начал напрягаться, но лишь чуть-чуть, потому что ее рука по-прежнему была в моих волосах. Пока что она от меня не отпрянула.
– Ладно, – прошептала она.
Наволочка определенно потеряла свою привлекательность, так что я снова посмотрел на Николь.
– Сейчас? – спросил я.
– Эм… да.
Я пытался сдержать сердце, чтобы оно не выскочило из моей поврежденной грудной клетки.
Провел пальцами по коже на ее боку, чуть сжимая ее, в то время как мой взгляд невольно плясал от ее губ к глазам. Сдвинул голову, чуть потершись щекой о подушку, прежде чем приподняться и приблизиться к ней на пару дюймов. Я смотрел в ее глаза, расширившиеся в темноте, но такие ясные, яркие… красивые. Снова перевел взгляд на ее губы… чуть-чуть приоткрытые. Ее дыхание вырывалось из них чуть чаще, чем раньше.
Проведя кончиком языка по своей нижней губе, сосредоточился исключительно на том, какой она окажется на вкус. Чуть плотнее прихватил ее за бок, слегка притягивая к себе. Рука Николь скользнула мне за голову.
Я придвинулся ближе, ощущая ее дыхание на своих губах. Я мог даже попробовать его на вкус. Вдохнул через нос, позволив ее запаху окутать меня, и мои глаза закрылись, когда я наконец сократил расстояние между нами.
Мои губы встретились с ее.
Такие чертовски мягкие.
У меня закружилась голова, кожа покрылась мурашками и все вокруг поблекло и исчезло под напором ощущений. Не было ни звука, ни взгляда, ни чувств вне пределов наших соединенных губ.
Теплые.
Ее вкус был таким же, как и запах… божественным.