Выбрать главу

— Но теперь мне нравится, как ты играешь свою роль. Такая невинная овечка, попавшая в лапы страшного серого волка. Продолжай в том же духе и получишь премию, — и снова эта жуткая улыбка. — На колени, дорогая Александра.

Лекси широко распахивает глаза, примерно догадываясь, к чему ведет подобная просьба. Но ей только казалось, что она догадывалась. Девушка пытается отрицательно мотнуть головой, но застывает под цепким только того и алчущим взглядом. Она усвоила первый урок. Мужчина удовлетворенно кивает.

— Молодец. Я слышу, как ты думаешь. Давай же, смелее. На колени, — взгляд не отрывается от ее лица, забираясь в самые потаенные уголки сознания девушки. У него нет плетей и цепей, но этот мощный, немигающий, парализующий, разрывающий на части взгляд в сто раз хуже. Лекси чувствует, как он высасывает ее душу, лишая сил к сопротивлению.

— Пожалуйста… — с мольбой шепчет девушка, уже догадываясь, что за этим последует наказание.

— Ты меня достала, — выдохнул Джейсон, с фальшивым сожалением качая головой. — Тебе нравится, когда я таскаю тебя за загривок, как нашкодившего котенка? Давай, смени пластинку. Перестраивайся.

Взгляд его темнеет от ярости, выбивая остатки дыхания, она успевает вскрикнуть, прежде, чем он грубо хватает ее за волосы на затылке, намеренно причиняя сильную боль. Дергает вверх, пока она не становится в нужную ему позу. Клочки волос торчат между его пальцами, Александра беззвучно рыдает, умоляя его остановиться, но тем самым провоцируя обратный эффект. Джейсон фиксирует ее голову напротив своего паха, не давая пошевелиться. На очередную просьбу не делать «этого», сильный шлепок ладонью по губам вызывает онемение и обжигающую боль. Из-за застилающих глаза слез, она не видит, но слышит характерный звук расстегивающейся ширинки. Девушка делает ещё одну попытку… Схватившись за руку, которой он крепко держит ее волосы в сжатом кулаке, она поднимает на него полный отчаянья взгляд.

— Я не могу… Я не умею…

— Что за бред. Ты — шлюха, — зрачки его глаз расширяются, прежде чем он снова ударяет ее по щеке. На этот раз не сильно, но показательно. Это его ответ на ее мольбы о помиловании.

— Открой рот.

— Нет.

— Тварь. Грязная пакистанская шлюха, — звонкий удар по губам, еще один. И еще.

В голове девушки звенит. Она уже не понимает, что происходит. Джейсон хватает ее за подбородок, нажимая на челюсть большим и указательным пальцами. Слезы беззвучного отчаянья льют из глаз Александры, смешиваясь с кровью и превращаясь в розовые ручьи, стекающие по подбородку на шею и грудь. Насильник засовывает свой возбужденный орган ей в рот, тянет за волосы на себя, проталкивая прямо в горло. Девушка мычит, задыхаясь и давясь. Когда он входит до упора, девушку начинает тошнить тем скудным обедом, что она успела съесть. Джейсон резко отстраняется, одновременно толкая ее в грудь, так, что несчастная отлетает на пару метров, приземляясь на спину и снова ударяясь головой.

— Мерзкая свинья. ты все это вылижешь, тварь, — шипит он.

Но она уже не слышит. Когда обходя рвотные массы, мужчина подходит к ней, пихая ногой, словно собаку, девушка уже без сознания.

Александра приходит в себя медленно и тяжело. Каждая мышца ее тела, каждая клеточка кожи окутана огненной болью. Жар наполняет ее изнутри и снаружи. Девушку бьет озноб такой силы, что стучат зубы, а, может, это последствия шока. Она пытается открыть глаза и не может. Они затекли. Оба. Ощущения чужеродных образований на лице. Губы распухли, ими невозможно шевелить, горло дерет так, словно его царапают изнутри железной щеткой. Ей хочется в туалет, но нет сил, хотя… она вспоминает, что он где-то рядом… А потом она вспоминает все, что с ней произошло, и начинает дрожать ещё сильнее.

— Тихо, не дергайся, — произносит где-то рядом женский голос. Незнакомый с едва заметным акцентом. — Сейчас я сделаю укол. И будет хорошо, все пройдет. ты успокоишься.

Лекси даже не чувствует укола, настолько эта боль мимолетна, по сравнению с той, что пережили ее душа и тело. Но надежды на то, что это недоразумение или дурной сон вот-вот закончатся, больше нет…

— Меня зовут Лиса. Я буду лечить тебя. Тебе лучше? Кивни, если да.

Лекарство и, правда, начало действовать. Боль немного притупилась, сознание затуманилось. Лекси попыталась кивнуть. Женщина по имени Лиса взялась за ее лицо. Острожными легкими движениями она обрабатывала раны побои, обмывала, дезинфицировала, наносила вонючие мази. Лекси чувствовала под собой что-то мягкое. И подушку. Лиса прижала к губам холодный компресс, потом вставила трубочку.

— Попей воды. Сейчас я закончу и помогу сходить тебе в туалет. Договорились?

Лекс снова кивает. От доброго и заботливого голоса женщины, которую на даже не видит и не может поблагодарить только хуже. Легкие обжигает тупая боль. Она начинает дрожать и всхлипывать. Лиса делает ещё один укол. И наклоняясь, шепчет ей в самое ухо.

— Не провоцируй его. Призови свой разум. Делай все, что он требует, и такого не повториться. Я много лет работаю в этом доме, и ты первая, кого я вижу в таком состоянии. Этого не должно происходить. Что говорит о том, что ты оказалась здесь по чудовищной ошибке, но Джейсон не станет разбираться. Девушек готовят и к зеркальной комнате, и ко всему остальному. Конечно, синяки и ссадины неизбежны, но у тебя сломан нос, вывернуто запястье, гематомы по всему лицу. Первый раз вижу подобное. Нужно время, чтобы это зажило. Он в ярости, и будет ещё более жесток с тобой. Повсюду камеры. Не забывай об этом. У тебя есть неделя, потом он придет снова. Я оставлю тебе флакончик. Пожалуйста, отбрось гордость. Как только слышишь, что открывается дверь, брызгай в горло. Это снимет рвотные позывы, ты ничего не будешь чувствовать. Отключи сознание, Александра. так поступает каждая женщина, продающая себя мужчине с наклонностями, как у Джейсона, иначе не выжить. Есть женщины, которым это нравится, но ты явно не из их числа. Но раз уж ты здесь, то нужно пытаться выжить. ты меня поняла?

Лекси кивнула, чувствуя, как все внутренности покрываются ледяной коркой. Отключить сознание. Перестать чувствовать. Лиса говорит правильные вещи, хотя и не понятно, почему и ради чего она это делает. только как воплотить ее слова в реальность? Как забыть о чудовищном унижении и насилии не только над ее телом, но и душой. Как забыть о предательстве человека, которому ты доверяла, как себе? Как принять то, что на полгода попала в рабство к маньяку-извращенцу? И где гарантия, что он в итоге выполнит условия и отпустит ее? Ей лгали и обманывали с самого начала. Она уже и запуталась, кто и в какой мере повинен в том кошмаре, в котором ей теперь приходиться болтыхаться. Хотя, кроме себя, винить некого. Захотела легких денег? Отрабатывай теперь. Идиотка.

— Это происходит не с тобой. Через полгода или гораздо раньше, если ты ему быстро наскучишь, тебя ждет другая жизнь, полная радости и счастья. Найди стимул, стрежень внутри себя. Хватайся за него. Надежда, ненависть, жажда мести. Любой. — Лиса начинает снова уговаривать ее тихим мелодичным голосом, почувствовав неготовность и неуверенность Лекси, нежно перебирая ее заметно поредевшие волосы. — Ты — это не только твое тело. Ты — целый мир. Найди в нем место, где он не достанет тебя. Спрячься и оставайся там, пока все не закончится. тело легко отмыть, вылечить и восстановить, но душу и разум — куда сложнее. Не дай ему добраться до тебя, и ты сможешь потом жить дальше без ночных кошмаров. Береги силы, и кто знает, может быть, ты станешь той, кто в итоге переиграет Джейсона Доминника.

ГЛАВА 5

Единственное противоядие от разрушительного действия насилия — это поиск мира внутри собственной души. Это целительное средство не так-то легко получить, но оно стоит любых усилий.

Кристофер Паолини. Эрагон. Брисингр

Прошло дней десять. Лекси не могла сказать точно, потому что все время находилась в темной комнате без окон. Свет включали, только когда приходило время обеда (кормили только раз в сутки, так она и считала дни). Одна из разновидностей психический атак. темное замкнутое пространство и тишина, от которой постепенно ехала крыша. Ей не давали спать. Как только она вытягивалась на матрасе, свет начинал с равным промежутком вспыхивать и гаснуть. Как только она смогла нормально передвигаться, Лекси начала заниматься. Необходимо шевелиться и что-то делать, иначе точно можно выйти из этого дома прямо в психиатрическую лечебницу. И Александра не бездействовала. Поплакать и пожалеть себя она всегда успеет. Потом, когда все это закончится.