Нет. Нельзя сразу проявлять жестокость. Может эти таинственные манипуляторы, которые свели их вместе и вынудили его поставить метку, именно этого от него и ждут? Агрессивного сопротивления? Неужели он настолько предсказуем? Вспомнив свою злость и раздражение, тихо вздохнул.
Ну что ж. На этот раз поведу себя нестандартно. К тому же создавалось впечатление, что и сама девушка отнюдь на рада своей роли. Возможно ее тоже заставили? Если вспомнить, что тетушка Жозефина со дня на день может отойти, а он останется первым и основным наследником, нетрудно предположить, что кто-то, считающий себя очень хитрым манипулятором, подсунул ему свою дочку или типа того. Воспользовался его отключкой, заставил нанести метку невесты, а потом, когда все произойдет…, потом его признают недееспособным и этот хитрован возьмет на себя опеку над несчастной женушкой. Которая вроде как и не вдова, но вместе с тем не имеет рядом мужчины и права на управление капиталами Неров тоже, не имеет.
Фу, как примитивно и грубо! Люрен скривился. Довольно простая схема, но, она могла бы и сработать. Если бы эта девушка не пришла в клуб, требуя… Потер лоб. “Хватит ко мне приходить”? Что-то вроде этого. Точно надо идти к доктору. Одно дело - валяться в отключке где-то в свое спальне, а другое - совершать действия, которыми некто, теперь он уже не сомневался в этом, может иногда управлять. По сути, ему прямо сейчас надо бы отказаться от наследства и уехать куда подальше.
Но нет. Качая головой, Люрен осторожно присел на корточки у изголовья девушки. Отказываться от наследства? Нет-нет. Этим он может просто руки развяжет кому-то, тому же хитрому манипулятору, придумавшему фокус с невестой. А вот уехать и переждать свою внезапную болезнь? Да, вариант. Только надо сначала поговорить с этой “невестой”. Она же собиралась что-то объяснить?
Надо ее разбудить. Прямо сейчас. Не настолько же она больна, что говорить не сможет? Но будить было жалко. Пожалуй, впервые в жизни Люрен смотрел и чувствовал, как в его груди медленно загорается теплое солнышко, а руки… Нет-нет, он вовсе не хотел осторожно касаться лба “невесты”-незнакомки. И гладить ее по щеке тоже не собирался. А поправлять прядку волос… это вообще случайно вышло. А ее губы… Так хотелось убрать скорбные складки, увидеть, как уголки приподнимутся в улыбке и… Жар в груди разгорелся сильнее.
Почти не думая, просто повинуясь неведомому притяжению, Люрен склонился и коснулся приоткрытых губ. И на мгновение задержался. И почувствовал, как ее губы шевельнулись, отвечая…
И… темная пелена ворвалась в разум, отключая все ощущения. Не только ответного поцелуя, но и всего тела.
Почему?! Почему именно сейчас?! Сознание дернулось судорогой протеста и перестало существовать.
Глава 13
Просторный двор поместья Неров был непривычно пуст. Вечно снующие по хозяйственным делам служки как будто испарились. Юрания, приоткрыв дверь черного хода внимательно оглядела пространство, немного удивилась, но медлить не стала. Хорошо, что никто не увидит их уход. Ульнира позади что-то тревожно шептала, но сестра даже не вслушивалась. Раз Леди Жозефина потребовала, чтобы они немедленно пошли в отпуск, они уйдут.
- Почему ты промолчала? - Донесся очередной вопрос Ульниры. - Почему даже не попробовала спросить?
- Потому что ей наплевать! - Юрания довела сестру до выходной калитки, раздраженно приложила ключ-карту к сенсору и дернула Ульниру за руку. - Пошли отсюда!
- Подожди! - Младшая все-таки уперлась, не желая переступать порог. - Ты же даже не спрашивала! Откуда ты знаешь, что ей не интересны наши желания?
Юрания вздохнула. Вот так всегда. Слушает-слушает, кивает-кивает, а потом - раз - и собственное упрямое мнение. И ведь не переубедишь. А дверь уже открылась и счет идет на секунды. Если они сейчас не выйдут из поместья Неров и не закроют вход - примчится охрана выяснять почему тот так долго открыт. А там вдруг выяснится, что и Леди Жозефина не отвечает на вызовы. И вот зачем им это? Сложно предположить, как долго их будут расспрашивать, одно только ясно - из поместья их уже не выпустят, несмотря на статус родственников, приказ Жозефины об отпуске, который она сейчас никак не подтвердит, и тот факт, что, возможно, большинство служек тоже были отпущены. И тогда они уже помочь маме точно ничем не смогут.
- А ты видела ее глаза? - Она мягко и осторожно потянула сестру, вынуждая сделать первый шаг к выходу. - Абсолютно пустые и безжизненные. Кажется, она даже не дышала.