- Ты думаешь она… - Ульнира вздрогнула и торопливо перешагнула порог. Дверь за ее спиной бесшумно захлопнулась.
Юрания облегченно выдохнула. Младшая еще не подумала, что они оказались последними, кто видел Жозефину Витальевну живой. Расспросов, а, скорее всего, и допросов не избежать. Особенно если… Если что-то действительно случилось. Что-то давно ожидаемое собравшимися со всех концов страны родственниками. Пусть для родственников это и праздник, но виноватых они все-равно постараются найти.
- Ты же не думаешь, что она у…у-ушла? - Прошептала Ульнира ужасное слово, означающее конец всем их надеждам. - С ней же бывает такое? Лежит-лежит как… как…
- Мертвая, да. А потом снова все в порядке. Задышала, открыла глаза и раздает указания. - Юрания похлопала по вцепившимся в локоть до боли пальцам сестры. - Может обойдется еще.
- А ведь нарядилась как на праздник! Накрасилась! В ее-то годы! - Ульнира попыталась улыбнуться, но голос дрожал, а пальцы сжимались все крепче. - Не может же быть, что она так готовилась к с… с…. - Сестра так и не смогла выговорить. Только сжала локоть сестры изо всех сил.
Синяк будет. А какая разница? Юрания молча шла вперед по улице, уже не обращая внимания на боль. Куда теперь идти? К маме? Смотреть как она выхаркивает жизнь вместе с кровавыми кусочками легких, обтирать пот и скрипеть зубами осознавая, что у проклятых лордов есть регенерин, способный вылечить маму чуть ли не в один миг, а она, поклявшаяся достать это чудо-лекарство и помочь маме, так ничего и не смогла?
Сжала зубы, сдерживая слезы. Кому теперь рассказывать, что они сделали все, что могли? Вошли в доверие и прислуживают самой Жозефине Витальевне! Подарили ей семейный талисман! Уж куда больше. Но толку с этого. Все равно не успели. Не успели попросить главного, ради чего все затеяли. Не успели даже рта открыть, как Жозефина сама решила наградить их тем, что сочла нужным. Отпуском и сотней УниКов.
Как будто это что-то изменит в их жизни, как будто это - величайшее благо. Конечно, сотня УниКов — это большая сумма, только на нее не купить здоровье маме. А Жозефина с видом величайшей благодетельницы еще и приказала им немедленно отправится в этот самый чертов отпуск. А потом, ну кто бы мог это предвидеть, отключилась. Отключилась или умерла? Юрания даже подойти и удостовериться побоялась, сразу схватила Ульниру за руку и выбежала черным ходом во двор, к воротам.
Что им теперь делать? Юрания пощупала сотню УниКов в кармане. Огромная сумма, просто гигантская. Если бы не знать, что регенерин стоит гораздо больше. Да если и были бы на него деньги… Смысл? В аптеках его не продают. Регенерин есть только у верхушки лордов, и она понятия не имела как они его приобретают. А может существует какой-то черный рынок? Не может же у этих лордов все только законно и благопристойно происходить? И, если этот рынок существует, то где его искать? Плохо, что с другими служками так и не удалось сблизиться. Все они там какие-то запуганные. Спрашивать было не у кого. А им бы только намек, небольшая подсказка… Она еще раз стукнула по вцепившимся пальцам сестры. Больно же!
До Ульниры наконец-то дошло. Отпустила ее локоть, догнала и пошла рядом.
- Ты не плачь! - Ульнира чуть наклонилась вперед, вглядываясь в опущенное лицо сестры. - Мама жива еще! Может и Жозефина Витальевна в порядке. Просто отдыхает перед каким-то их праздником. - Она забежала перед сестрой и требовательно теребила ее за руки. — Вот и нас в отпуск отправила, чтобы хорошенько отдохнули перед большой нагрузкой. Сейчас как понаедут гости, как начнет Жозефина Витальевна нас гонять приказами, тут-то мы…
- Осторожно! - Схватив сестру за плечо, Юрания отпрыгнула вместе с ней в сторону от затормозившего вплотную флаера.
Надо же, не заметила, как они вышли на проезжую часть! Просто чудо, что лорд затормозил, а не откинул их в сторону бортом своей блестящей тачки, как ненужный мусор.
- Ой! - Ульнира развернулась, испуганно цепляясь за сестру. - ОЙ!?
Было с чего. Боковое стекло флаера исчезло и на них посмотрела потрясающе красивая леди. Нет. Слово “красивая” даже и близко не могло описать совершенный овал лица, невероятную синеву выразительных глаз, легкую улыбку пухлых алых губ и переливающиеся цветами радуги сияющие белые локоны, выбившиеся из сложной, украшенной драгоценными заколками прически.