Я отвернулась, чувствуя, что слезы потекли по щекам, закрыла глаза и не сдержала дрожь, когда его рука нежно накрыла сначала одну грудь, затем мягко переместилась на другую.
— Ты прекрасна, Огни. Ты просто чудо. И ты — мое чудо. Никому не отдам.
Сквозь зубы, с нарастающей истерикой, прохрипела:
— Не-на-ви-жу!
Руки тут же исчезли, больничную одежду поправили и даже завязки завязали, потом этот, который самый наглый, сжал меня в своих крепких объятиях и, положив мне на плечо подбородок, с грустью в голосе произнес:
— Я готов терпеть твою ненависть. Даже злость и грубость, но подумай вот о чем. Ты осталась совсем одна, у тебя больше нет никого на Земле. Совсем никого. И ты тот лакомый кусочек, который был выставлен твоей Академией на аукцион. Ты могла не знать, я допускаю, но… эксперимент по вживлению в некоторых кадетов гена «огня» — это совместный проект наших правительств, Огни. Мы — инвесторы и заказчики, ваша Академия — исполнители, и если бы не я, то это был бы кто-то другой, возможно землянин… кстати, прибыл тут один, тоже на тебя претендует, так вот…
По мере его слов мне становилось все страшнее, я даже голову боялась повернуть и посмотреть на него, так как действительно страшно… очень страшно осознать, что он может говорить правду.
— Эксперимент… и сколько он длится уже? Сколько групп выпустили? — шепотом, потому что голос пропал почти совсем, уточнила, закрывая глаза.
— Много… для дерадмиинов время не имеет значение, главное был результат.
— Какой результат?
— Ты, — и объятия стали еще крепче, затем меня выпустили из стальной хватки, и Дамьян поднялся почти бесшумно. — Я сейчас отсоединю все датчики, проводки, и отнесу тебя в свою спальню. Там мы сможем спокойно побеседовать, хотя…
Я открыла глаза и глянула настороженно в его сторону. Задумчивый взгляд и чуть сжатые губы говорили о том, что куратор принимает несколько иное решение, чем только что озвучил.
— Да, ко мне не стоит. Отнесу тебя в твой жилой блок.
Конечно, в его-то спальне я могу еще и с Лохом пообщаться. Куратор быстро освободил меня от всяких присосок и трубочек, и подхватил, как пушинку, на руки, я только пискнуть успела, затем шепнул мне: «Нас никто не увидит. Можешь не смущаться, что в таком виде» и вышел со мною на руках из медотсека.
Да плевать мне было на мой вид, я чувствовала, что злюсь и довольно сильно. Не меланхолия, не грусть мучила меня, а какая-то здоровая злость.
«Аукцион, значит?! Заказчики-инвесторы, да?! А Академия — исполнитель, фабрика по производству «генномодифицированного пушечного мяса» для инопланетян?! Так Лим прав был. Ой, я же пропустила два дня…».
Вмиг в голове родилось столько вопросов, что даже пыхтеть от злости немного перестала, посмотрела на Дамьяна, который снова оказался в темной обсидиановой маске, и вздохнула.
«Огни, уже немного осталось», — шепнул мне мужчина, чуть склонив голову, и вдруг вздрогнул, уставившись куда-то перед собой. Я посмотрела в ту же сторону, никого…
Только Дамьян внезапно замер и вообще отошел к стеночке, остановился так, что закрыл меня между собой и стеной, отгородил от коридора спиной, и рыкнул мне: «Не шуми».
Вскоре из-за поворота я разглядела двоих: один — высокий, широкоплечий в темном мундире дерадмиинов, с мерцающей маской на лице — джерг Нахим, его я узнала, как ни странно сразу, а вот второй… я бы тут же в обморок снова грохнулась, ну или на крайний случай попыталась бы скрыться из этого коридора, ибо вторым был майор Эмингем. Чуть ниже ростом, меньше в плечах, но тоже в темном офицерском мундире, с короткой стрижкой, уже с усами и… ого, так и сверкает от гнева глазами. Уж я этот взгляд на всю жизнь запомнила! И куда, интересно, они такие деловые направляются? В медотсек?! И вдвоем?
— При всем моем уважении, — проходя мимо нас, едва не шипел майор, явно стараясь сдерживаться, — ваше величество…
— Можно великий джерг Нахим, — снисходительно поправил того правитель дерадмиинов.
— Да, спасибо, — нахмурился еще больше землянин, и остановился прямо возле нас, — так вот… джерг Нахим, я прибыл с четкими указаниями о приостановке прохождения практики моей группы и немедленном возвращении на Землю… еще раз хочу обратить внимание на то, что я озвучил пару минут назад. Группа должна вернуться в полном составе…
— К чему такая спешка, уважаемый майор? Сиг Куратор только сегодня рапортовал об успешном прохождении подготовительного этапа, даже женская часть группы делает успехи.
— Почему разделили группу на две части? Я не давал согласия на подобное разделение.
— По данному вопросу я вынужден напомнить пункт Соглашения, что группы должны быть разделены по половому признаку. Ваших кадеток тренируют по другой программе, вы же знаете об этом.
— Тогда я бы хотел узнать, как так получилось, что одна из них уже вторые сутки находится в медотсеке? Каковы причины подобного состояния кадета Рассветной?
— Ничего страшного, поверьте, — в голосе джерга появились почти давящие нотки, но похоже майор их не особо ощутил. — И я настаиваю, что ваше посещение кадета в данный момент не желательно. Я рекомендовал бы вам пройти со мною в кабинет коменданта и обсудить все вопросы там.
Краем сознания отметила, что джерг говорит теперь совсем без акцента, словно его голосовые связки прекрасно адаптировались к нашему языку. Невероятно.
Дамьян вдруг прижал мою голову к своей груди рукой, заметив, что я с любопытством выглядываю из-за его плеча, а другой рукой чуть сжал открытый участок тела под моими коленями. Я снова замерла, мечтая оказаться одна и в своей спальне.
Что уж там делал старший брат куратора, не знаю, но майор вдруг зарычал и громко выпалил:
— Не смейте применять ко мне свои штучки! У меня стоит ментальный блок. Пропустите. Я должен увидеть ее. Немедленно.
Судя по всему, майор рванул по коридору в медотсек, а чуть задержавшийся джерг неожиданно хлопнул Дамьян по плечу, отчего я вздрогнула, едва не пропустив, как яростным шепотом тот велел проваливать и поскорее.
— Я с ним разберусь, — и джерг добавил напоследок с легкой иронией, — рад, что ты очнулась, лучезарная звезда моего сердца.
И отправился следом за майором. Куратор тоже сорвался с места, почти бегом понесся по коридору, заставляя удивленно оборачиваться проходивших мимо нас людей.
Глава 17
Уже когда меня опустили на собственную кровать, укрыли сверху одеялом и сделали освещение помягче, я решилась на вопросы. Но только открыла рот, чтобы их задать, как Дамьян, сбросив маску, наклонился надо мною и глядя пристально в мои глаза, низким, завораживающим голосом произнес:
— Огни, милая, давай, ты сначала поешь, потом сходишь в душ, а потом мы поговорим. Обещаю, что постараюсь ответить на все твои вопросы. Но… сначала еда, гигиена… нет, не так, сначала в душ, а потом еда…
И вдруг стремительно прижался к моим губам своими, опалив их жаром, и слегка лизнул языком, заставив отчего-то мое сердце ухнуть вниз и подскочить обратно. Мама, что со мною? Моя рука сама потянулась, чтобы прикоснуться к его волосам, заплетенным в косу. Пройдясь пальцами по плетению, ухватила самый кончик. При этом Дамьян все еще удерживал меня поцелуем, словно смакуя мои губы, а я в это время накрутила его косу на руку и вцепилась в волосы на затылке, с усилием отодвигая мужчину от себя.
— Огни? — удивился он моему кровожадному взгляду, и тут же перевел взгляд на мои губы, которые я невольно облизала язычком. — Огни, — голос мужчины приобрел хрипотцу и бархатность.
Снова попытался склониться, но я не позволила, продолжая удерживать его голову на расстоянии.
— Интересссно, — прошипела я мстительно, — джерг всех женщин так красиво называет?
— Джерг? — глаза куратора потемнели еще сильнее, хотя куда уж больше, и свирепо сощурились, полыхнув алыми искрами. — Тебе нравится его слащавые обращения?