После того убийства и началось восстание на Большом Шраме. Коул слыл сторонником жестких мер, и убрав его, сепаратисты рассчитывали получить некоторую передышку. Не вышло. Тогда, двадцать четыре года назад, аш-Шагури только начинала карьеру политика, став самым молодым сенатором нового времени. Она улыбнулась, вспомнив провал переговоров, и две недели проведенные заложницей в особняке одного из лидеров восстания. Как там звали бравого капитана десантника, руководившего ее освобождением? Демин? Салия коротко рассмеялась, вспомнив ту давнюю историю, но в смехе ее на миг промелькнула легкая грусть. Одно время она даже жалела, что капитан тот оказался женат. Кто знает, кто знает…
На улице уже стояла полуденная жара, не помогала даже близость к океану. Полдень на экваторе даже в декабре мало кому приходиться по вкусу. Пот высох моментально, едва успев выступить. Салия обмахнулась рукой, и стремясь поскорее покинуть улицу, ускорила шаги.
К счастью, на солнцепеке она оставалась недолго, метрах в десяти от входа уже стояла припаркованная машина с гостеприимно распахнутой дверью. Окунувшись в кондиционированную прохладу салона, аш-Шагури махнула водителю.
– В пресс-центр.
«Лотус» тронулся плавно, словно управляемый автоматом. До пресс-центра, построенного у скалистого океанского берега они добрались за пару минут, и Салия, поморщившись, вылезла обратно на солнцепек.
Пресс-центр построили около четырехсот лет назад, и сегодня его стеклянный, сияющий под солнцем куб смотрелся анахронизмом. За прошедшие четыреста лет дворцовый комплекс не единожды перестраивали, но по странному стечению обстоятельств, архитекторы каждый раз обходили пресс-центр своим вниманием. Хотя на их месте, его, Салия перестроила бы в первую очередь. Простой куб из затемненного стекла, без изысков и украшений, пресс-центр начисто выпадал из общего ансамбля дворца.
Скрывшись от солнечных лучей, Салия отпустила телохранителей, и немного постояла, дожидаясь пока восстановиться учащенное жарой дыхание. В вестибюле пресс-центра сегодня было довольно многолюдно, но сотрудники службы безопасности тут же оттеснили толпу от президента. Аш-Шагури послала дежурную улыбку в сторону камер, приветственно взмахнула рукой.
– Здравствуйте, господа! Пока никаких заявлений, всю информацию вы сможете взять в пресс-службе правительства.
Толпа разочарованно загудела, но президент уже шла через вестибюль, к дверям в Малый зал. Там ее ждали более важные фигуры средств массовой информации, нежели мелкая сошка из вестибюля. Короли разговаривают с королями, а не с их свитой.
Двери перед ней распахнули двое рослых мужчин, эта часть дворцовых традиций особенно нравилась Салии. Она всегда предпочитала людей автоматам, как и большинство ее сограждан. Может поэтому, даже в дешевых забегаловках часто встречались живые официанты. Хозяева предпочитали платить зарплату, чем держать дешевых в обслуживании роботов. Душевную теплоту не подделать никакими техническими уловками.
Малый зал тоже оказался изрядно заполнен народом. Некоторых людей на передних рядах аш-Шагури знала лично, других частенько видела на новостных серверах инфосферы. Сегодня здесь собрались почти все столпы журналистики Солнечной системы. Полторы сотни самых влиятельных персон средств массовой информации.
Когда она вошла, люди в зале замолчали. Внеплановая пресс-конференция во все времена означала, что произошло что то очень важное, и сейчас журналисты и хозяева медиаконцернов судорожно гадали, что именно смогло ускользнуть от их недреманного ока.
Аш-Шагури прошла за трибуну, и окинув собравшихся взглядом внимательных глаз, начала без долгих предисловий.
– Здравствуйте, дамы и господа! У меня очень мало времени, поэтому я буду кратка. С сегодняшнего дня Земля находиться на осадном положении.
По залу прокатился удивленный гомон. Она дала журналистам несколько секунд на то, что бы осмыслить сказанное, и следующей фразой вызвала настоящий шок.