— А на теле ничего не обнаружено?
— Ничего такого, что не принадлежало бы ему. Ни чужих лобковых волос, ни остаточного запаха духов, ни перхоти под ногтями. Есть одна деталь касательно этой жертвы… но учти, это не подлежит разглашению.
— Конечно, конечно, — сказал Майкл.
— Потому что баскетбольной команде нужно сохранять свой имидж.
— Понимаю. Обещаю — никому ни слова.
Следователь наклонился к Майклу и прошептал:
— Нигде на его теле не обнаружено и следа женской ДНК. Такое впечатление, будто парню напрочь не везло с женщинами. Либо кто-то очень уж тщательно его вымыл.
По дороге в участок Майкл погрузился в размышления и, оказавшись на месте, тут же пересел в свою машину и поехал домой. Записи о том, что с его наладонника входили в Большую базу, не осталось, чему Майкл был очень рад. Джейни аккуратно сделала свое грязное дело.
Позже Майкл спросил Кэролайн, дотрагивалась ли она, так или иначе, до того парня.
— Мы пожали друг другу руки.
— Хм-м… Не осталось ни единой молекулы.
«Дети не слишком хорошо реагируют, когда советуешь им привести свои дела в порядок», — сказала Кристина. Руководствуясь этой очевидной истиной, Джейни подавила порыв связаться с мальчиком-инвалидом через Интернет и попросить у него список тех ребят, с которыми он общался в лагере. Вместо этого она снова обратилась к миссис Прайвес; та, несмотря на все свои огорчения, охотно шла на сотрудничество.
Женщина перечислила фамилии, которые сохранились в памяти.
— Дома у меня есть адреса некоторых из них, — сказала она, — но я поддерживаю отношения всего с двумя семьями. Может, какие-то записи есть и у Абрахама, но я не знаю, где он хранит их.
— Спасибо большое, — ответила Джейни, решив, что, может, и этого окажется достаточно. — Вы очень помогли мне.
«Немедленно купи новый компьютер», — приказала она себе, глядя на короткий список.
Начать можно было и в офисе, компьютер там обладал способностью и упорядочить, и оценить данные, но страшно не хотелось застревать здесь и оказаться подобием пуповины, связанной с серверами фонда. Однако все здешние компьютеры имели некоторые уникальные возможности, в том числе способность отслеживать то, что находится «за пределами ожидаемых и приемлемых границ». Впервые прочтя эту фразу, Джейни «запала» на нее и начала активно использовать в собственном лексиконе. Ее новой целью стало обнаруживать нечто «за пределами»; было грустно сознавать, какой замкнутой она сделалась в процессе решения своих жизненных проблем, хотя, несомненно, намерения имела прямо противоположные. Она занималась поиском «за пределами», когда наткнулась на мальчиков из лагеря «Мейр» и начала осознавать всю важность их ситуации.
Закончив сверку, Джейни обнаружила, что все без исключения мальчики из лагеря «Мейр» оказались в списке тех, у кого возникли проблемы с раздробленными костями.
«Ну вот, — подумала она, — если когда-то и были хоть малейшие сомнения, теперь с ними покончено».
Нужно показать результаты Кристине.
«Давно не виделись», — послала ей Джейни сообщение по электронной почте.
Кристина объявилась тем же вечером, как раз тогда, когда Джейни готовила ужин из коричневого риса, тофу и брокколи, хотя после короткого разговора с Майклом аппетит у нее почти пропал.
У Кристины, напротив, с аппетитом явно не было проблем.
— Берите кресло, — сказала Джейни, — и садитесь к столу. Здесь на обеих хватит.
— Спасибо. Я могу есть двадцать четыре часа в сутки.
Джейни критически оглядела ее худощавую фигуру.
— Оно и видно.
— А вот вес прибавить никак не могу.
— Я знаю еще одного такого же человека. Вы оба чертовски меня раздражаете.
— Попробуйте пожить с моим метаболизмом день-другой, а потом говорите.
Джейни уже заметила, что Кристина обладает темпераментом, который можно охарактеризовать как деятельный или даже нервный. Ее запасу энергии можно было только позавидовать — на первый взгляд. Однако, глядя, как эта молодая женщина ест — очень похоже на то, как это делала бы Бетси, сидя за тем же самым столом, — Джейни невольно задавалась вопросом, как ее матери удавалось справляться с ребенком, в котором столько энергии и напористости.
Мать была счастлива, решила она.
— Ну, — заговорила Джейни, стряхнув с себя это Бетси-наваждение, — начало списка у нас есть. Мать Абрахама назвала мне кое-какие имена, и все они совпадают с теми, которые я обнаружила в Большой базе. Что навело меня вот на какую мысль. Думаю, вы правы в том, что не следует контактировать с мальчиком с веб-сайта. А как насчет его матери или отца?
Узнать их номер особого труда не составило — на своей странице, которую Джейни распечатала и сохранила, мальчик вывесил и фамилии родителей. А эти родители, когда им напомнили о пугающей истории с лямблиями, сообщили новые имена. К тому времени, когда Джейни обзвонила и этих, обработанной оказалась треть списка.
— Да, вроде бы все одно к одному, — сказала Кристина, ознакомившись с результатами трудов Джейни. — Просто удивительно, почему никто больше этого не увидел.
— Ни у кого не было причин сопоставлять.
— Ладно, пора переходить к следующей фазе, — заявила Кристина.
— В чем она будет состоять?
— Мы должны иметь полные досье на всех этих мальчиков. Потом, отсортировав их по дате, мы, возможно, обнаружим некоторую общую схему. Если мы не в состоянии найти чиновника, способного дать нам объяснения, нужно просто получить их самим.
— У меня больше нет компьютера. — Джейни оглянулась с беспомощным видом. — Прежде чем продолжить, я должна пойти и купить новый.
— О господи, совсем забыла! — воскликнула Кристина и вскочила. — Подождите минуточку.
Она бросилась из дома к своему маленькому автомобилю, очень быстро вернулась с обмотанной скотчем коробкой, на которой подозрительным образом отсутствовала всякая внешняя маркировка, и осторожно положила ее на кухонный стол.
— Это мне? — удивленно спросила Джейни, глядя, как Кристина отрывает скотч.
Девушка с улыбкой кивнула и принялась вытаскивать из коробки куски пузырчатой упаковки, один за другим. И когда начало казаться, что, кроме них, в коробке ничего нет, Кристина осторожно достала оттуда портативный компьютер и поставила его перед Джейни.
— Знакомьтесь, доктор Кроув, это Виртуальный Мнемоник. Маленький подарок от нас.
— Картинка очень хорошая, — сказал один из наблюдателей.
— Ты уверен, что пора давать ей устройство? — спросил второй. — Я беспокоюсь, не рано ли.
— А я беспокоюсь, что если бы мы не дали его сейчас, то упустили бы прекрасную возможность. Эта женщина похожа на курицу-наседку, у которой нет яиц, — подсунь ей чужое, и она станет его высиживать, просто чтобы было чем заняться.
— А тебя не беспокоит, что мы используем человека из внешнего мира? Меня — да.
— Нет. Совсем нет. Фактически, я думаю, это очень умно, потому что повышает степень изолированности. Мне не нравится, что Кристина вынуждена в такой степени открывать себя. Однако вот что действительно беспокоит меня, и очень сильно, — то, что конкретно эта женщина находится во внешнем мире. Ей следует быть здесь, с нами.
— Значит, по всей стране должны быть другие такие же, как я, — сказала Джейни.
— И некоторые из них, те, кто находится в нужных местах, разыскивают других мальчиков из этого списка — в точности как вы нашли Абрахама. У нас множество сторонников по всей стране, в основном примерно в том же положении, что и вы, то есть они имеют доступ к пациентам, к Интернету, к компьютерным системам, но официально не ухаживают за больными. Лаборанты, администраторы среднего уровня, исследователи, которые могут проникать в различные базы данных и осуществлять поиск, не оставляя следов. Однако в одном отношении все они от вас отличаются.