Эрхард встретил меня громким ржанием и постукиванием копыта о землю.
— Привет, — прошептала я, проводя рукой по его горячему гладкому боку с засечками. — Как твои дела?
Конь зафыркал, мотая головой в разные стороны. Я рассмеялась, открывая его загон.
— Никто не обижает, поняла. Пошли, погуляем? — он радостно заржал, выбегая из конюшни под чистое звездное небо, начиная бегать по поляне, взрывая копытами землю. — Ну тише-тише.
Эрхард остановился передо мной, заглядывая темно-синими глазами-самоцветами в мои. Я устало прислонилась к его морде и закрыла глаза.
— Столько всего происходит в моей жизни. Нового и непонятного… Даже страшного, — конь боднул меня носом в плечо и что-то пробурчал. — Спасибо. Мне уже намного легче, Эрхард. Давай посмотрю твои механизмы. Может, надо что-то смазать.
Он послушно повернулся ко мне боком. Я сняла с него сумку с инструментами и открутила панель, под которой находился его механический двигатель. С некоторым удивлением разглядела большое пульсирующее сердце — словно настоящее. Отец потрудился на славу. Еще никогда не видела ничего подобного. Совершенный механизм.
Спустя несколько десятков минут, я убрала инструменты. Все было в идеальном состоянии. Напряжение за любимым делом постепенно ушло, оставив в руках легкую истому от использования магии Кузнецов. Она была безопасной и привычной, в отличие от магии моей матери, которая негасимым пламенем полыхала во мне.
Эрхард напрягся всем телом, преграждая кому-то дорогу. Он яростно заржал, вставая на дыбы. Я выскочила перед ним, закрывая кого бы то ни было своим телом. Конь тут же отскочил, растерянно начиная ходить вокруг меня.
— Он не такой приветливый, как другие Механизмы, что я видел, — низкий голос Дракара заставил мурашки побежать по спине. — Вероятно, в нем больше собственного разума, чем установок от Кузнеца, не так ли?
Жеребец гордо вскинул морду и остановился перед Дракаром, рассматривая его со всех сторон.
— Его создал мой отец. Первый и единственный в своем роде. Пегас, — гордо сказала я, поворачиваясь к дракону. — Решили погулять перед сном, куратор?
Мужчина молча смотрел в глаза Эрхарда. Вероятно, они пытались решить, кто тут главный жеребец. Я сморщилась.
— Эрхард, перестань. Он ничего мне не сделает, — конь обиженно фыркнул и, развернувшись, ушел куда-то вглубь леса. — Сам вернешься в стойло! Мне пора в общежитие! — крикнула я ему, после этого услышав громкое одобрительное ржание.
— Умное существо. И, невероятно преданное, — сказал Дракар, легко улыбаясь мне. — Пойдем, я как раз направляюсь в ту же сторону, что и ты.
Несколько секунд напряженного молчания, и я не выдержала.
— Что значит мой результат на Потенциал магии? — я остановилась, пристально посмотрев в красные глаза дракона. — Что значит эта «Ошибка»? И выяснилось ли что-то насчет того происшествия?
Дракон склонил голову набок, отчего прядь его волос упала на лицо. Так сексуально…
— «Ошибка» значит, что твою магию невозможно измерить подобным образом… — он вздохнул, усаживаясь на землю и хлопая по месту рядом с собой. Я с волнением села рядом с ним, ощущая тепло его тела. — Видишь ли, огненных фей после некоторых давних событий осталось очень малое количество. А остальные остались жить в Брошенных землях, в их родном королевстве, — он говорил расплывчато, но я слушала его не перебивая. — Я был удивлен, узнав, что в Человеческой Империи живет одна из них.
Вероятно, он еще больше удивился бы тому, кем была моя мать. И вообще, что за некоторые события, после которых фей осталось так мало?
— Магия фей невероятно сильна. Также, как и у драконов. Если остальные черпают свою силу из окружающей нас энергии, то мы берем ее из собственных источников, которые находятся внутри нас. Стихия для нас нечто большее, нежели просто инструмент, которым можно управлять. Для нас, огонь — это часть нашей сущности. Часть того, кем мы являемся, — он задумчиво посмотрел на звезды, а я — на него. — Если у других есть предел их магии, то у нас подобных, он ограничен лишь нашим разумом.
— А если мое ограничение силы — это страх? Мне постоянно страшно за людей вокруг меня… Вдруг, я наврежу им? — я, с искренним желанием услышать ответ, посмотрела на него.
— Для этого ты и здесь. Чтобы учиться контролировать себя, свои силы и свои собственные эмоции, мешающие твоему развитию, — он улыбнулся, внезапно убирая прядь моих волос с лица, заводя ее за ухо. — Рядом со мной всегда безопасно, Эванна.
Я задохнулась от собственных эмоций. От желания поцеловать мужчину, который находился так близко ко мне. На расстоянии нескольких десятков сантиметров. Но вот, он убрал от моего лица руку, облаченную в тонкую кожу, и поднялся на ноги.