И последней из присутствующих была мать Эзры. Верховный дракон Совета — Сессилия Дракар. Она была облачена в сверкающие доспехи, а взгляд желтых глаз сверкал осторожностью и готовностью к любому развитию событий. Я даже восхитилась тому, как эта женщина преподносила себя перед другими. Сессилия цепко оглядела наши руки, довольно приподнимая уголок губ. Эзра совершенно точно рассказал о наших отношениях своей матери.
Все четверо встали слева от лестницы, устремляя свой взгляд на меня. Пытаясь задавить меня собственным величием и силой. Но я лишь отпустила руку Эзры и сделала несколько уверенных шагов по направлению к помосту. В голове вспыхнули воспоминания о матери, которая призывала меня помнить о том, кем я была. Дочерью Королевы, которая сражалась с Тьмой в одиночку. Наследницей своего народа, в чьих руках скрывалось спасение для всего мира. Сейчас не время для детского волнения и страхов.
— Все то, что я сказала в своем обращении к вам — чистая правда! Предатель Богов вот-вот вырвется на свободу, и начнется война не сравнимая с вашими междоусобицами. Мир как никогда прежде нуждается в союзе всех народов перед лицом могущественного врага, — я выпрямилась, уверенно оглядывая всех присутствующих. — Так будьте же благоразумны. Пока Тьма не поработила весь наш мир. Как когда-то подчинила себе разум Короля Чистокровных вампиров, - я с вызовом посмотрела на возмущенного вампира. - О чем мне рассказала ваша дочь, Ваше Величество. Которой в свое время рассказала ее мать, ваша Королева.
Главы государств переглянулись между собой, мельком поглядывая на Гобальда, который не мог скрыть своей ярости из-за моих слов. Ко мне двинулась Сессилия, оценивая. - Если это правда, то как Король смог освободиться от наваждения Тьмы? - Их связь с Тьмой была разорвана, когда моя мать вернула Эрегорна обратно в его темницу, - о том, что душа Мадлен заточена вместе с ним, я решила умолчать.
Сердце бешено колотилось, что выражалось в легкой дрожи в руках. Но весь мой вид говорил о том, насколько серьезной была опасность. Сессилия кивнула моему ответу и вернулась на свое место, напряженно о чем-то думая.
— Но кто докажет, что ты, девочка, именно та, за кого себя выдаешь? Мощи Королевы огненных фей я в тебе не ощущаю, — звонким голосом пропела Науэриллия, выходя немного вперед, разглядывая меня.
Наравне со мной встал Гримсби, глубоко кланяясь Верховной жрице. В его руках сверкнул небольшой прозрачный шар, который он подкинул в воздух.
— Приветствую всех вас, великие правители! Мое имя — Гримсби. Я был личным стражем предыдущей Королевы, а затем моя преданность перешла к ее Наследнице — Эванне. И дабы вы не смогли усомниться в моих словах, я принес из наших земель камень из короны правительницы, который признаёт лишь королевскую наследную кровь, — он слегка улыбнулся, лукаво изгибая губы и поглядывая на меня. — И, насколько вы знаете, огненные феи всегда стояли выше всех остальных стихийных фей, что делает их Королеву равной всем вам, как главную правительницу всего ее народа. И после этой проверки вы уже не сможете просто так отмахнуться от слов Эванны.
В мыслях разлилось удивление. Значит, Королева огненных фей имела власть над всеми феями и фейри, что жили в Брошенных землях? Но своей эмоции я никак не выдала, оставляя на лице лишь холодное спокойствие.
— Мы тебя поняли, фейри. Начинай свою проверку, — недовольно произнес Гобальд, махнув в нашу сторону рукой.
Гримсби закрыл глаза и начал читать заклинание, отчего прозрачный шарик закрутился вокруг меня, разгораясь ярко-красным светом. Фейри с некоторым беспокойством смотрел на меня, затем отошел к Дракару и что-то начал шептать ему. Дракон тут же напрягся, становясь ко мне чуть ближе.
Шар резко остановился перед моей грудью, где горел огонь моей магии. Где билось мое сердце. И медленно проник в меня. Я резко вдохнула, когда сила затопила меня с ног до головы. Огонь сорвался с моих рук, двигаясь вверх и распространяясь по всему моему телу. Что-то во мне происходило. Что-то такое, отчего клетка моего контроля над магией рассыпалась в прах, высвобождая из самых глубин моей груди пламя, о существовании которого я и не подозревала. Но не было страха. Лишь понимание, что сейчас случится что-то правильное.
Я чувствовала, как огонь впитывается в каждую клеточку моего организма, каждую мышцу и кость. Через пару минут я уже была не человеком — живым огнем, что показывал мой первозданный облик. Лопатки прострелило мимолетной болью, и крылья распахнулись за спиной, сжигая своим жаром стоящие вблизи растения.