Она вернулась в комнату и залезла в огромный шкаф. Из одежды нашлось немного. Рубашки и легкие брюки из светлой ткани. Все мужское длинное и на нее огромное. Лили надела светлую мужскую рубашку, которая доходила ей почти до колен, оторвала лоскут от своей зеленой юбки и завязала его на талии в узел, закатала рукава практически до плеч. В результате получилось вполне ничего - романтично так… Платье-рубашка. Без белья было дискомфортно, но оно скоро высушится.
Лили затянула потуже поясок на талии и направилась на выход.
Дверь оказалась незапертой - это приятно порадовало ее. Осторожно ступая босыми ногами по ковру, она пошла по коридору, спустилась по лестнице и вошла в первую дверь. Это оказалось кухней. По середине стояла громадная плита, в приоткрытой дверце виднелись багровые и малиновые уголья. Лили немедленно зауважала лорда-главнокомандующего, на газовой или электрической плите да в микроволновке каждый дурак - повар, а вот управляться с подобным раритетом… тут нужны мастерство и опыт. Навесные шкафчики темного дерева опоясывали всю кухню, на окнах висели полупрозрачные легкие занавески, под потолком протянулись громадные гирлянды связок лука, чеснока, каких-то кореньев и трав. Пахло пряно и остро, возбуждающе и умиротворяюще одновременно.
В углу у самой двери стояла громадина похожая на холодильник - при виде ее Лили приободрилась. Жужжание в животе усилилось, и она осторожно потянула дверцу на себя.
Через пару минут она сидела за большим разделочным столом и даже постанывала от удовольствия, уплетая громадный ломоть хлеба с ветчиной и запивая все это морсом из большой кружки. Счастье было немыслимым и практически полным - оставалось найти телефон.
Сытая и довольная Лили еще немножко посидела, оглядываясь по сторонам. Кухня была уютной и обжитой. Из нее светлая дверь вела в столовую, и Лили смогла оценить мебель, массивный дубовый стол, за которым свободно могли усесться человек двадцать, бархатные портьеры на окнах и даже картины на стенах - хотя о том, что на этих картинах изображено, оставалось только догадываться - люди с крыльями и с изогнутыми рогами на головах. Сцены были разные, сами крылатые изображались то светлые, то темные. Лили вглядываясь в картины, хмурилась и пришла к заключению, что у лорда странные вкусы в искусстве. Наверно мифологией увлекается. Ну, кому что…
Она снова огляделась, отметив, что все комнаты первого этажа шли своеобразной анфиладой, так как из столовой вторая дверь вела в гостиную. В гостиной в свою очередь были уже три двери - одна из столовой, вторая вела в холл первого этажа, а третья выходила в коридор, подобный первому. Лили пошла по коридору, чутко прислушиваясь, потом решилась и толкнула первую же дверь.
И оказалась на крыльце. От него вела куда-то протоптанная дорожка. По ней она и пошла…
Странное, но прекрасное море-озеро было совершенно изумрудным, пальмы приветливо размахивали своими зелеными листьями, легкий ветерок нес чарующие ароматы неведомых цветов - но ничто из вышеперечисленного не могло внести и не вносило в душу Лилианы Роузовой умиротворения и бодрости. Ну какое же это озеро? Самое настоящее море!
Лили пошла по песку босая, как и была. Отметив, что шуршание набегающих волн, как и должно быть на море – полностью отсутствовало! Вода стояла и искрилась на солнце.
Пройдя еще немного, она остановилась и задумалась. Даже если ей не удаться позвонить, то ее будут искать. Маринка и Оливка весь мир перевернут, но ее найдут. Подключат своих мужей с их родственниками и Лили будет найдена. Вот только девчонки начнут ее искать не раньше месяца. Все умотали отдыхать в отпуска, а родители Лили жили в Европе, и она полностью была предоставлена самой себе. К слову отношения были не ахти и звонки друг другу только по памятным датам. Почему не ахти? Родители развелись и каждый обзавелся своими семьями в новом браке, а затем укатили в Европу в разные страны, чтобы никогда не пересекаться. Лили выросла и превратилась во взрослую всепонимающую женщину, которая поймет и маму, и папу, и не осудит. Она и правда их не осуждала и не злилась. Она понимала причины почему родители развелись. Любовь умерла, брак стал невыносим. Лили радовалась за родителей, что-теперь-то они обрели свое счастье. И беспокоить их Лили не хотела, но если придется, то позвонит конечно.