На третьем этаже были спальни семьи.
- Этот дом проектировала Эсми, третий этаж был спроектирован специально под наши спальни, но почему-то она решила добавить ещё одну, пустую или как она сказала – гостевую. Хотя гостевая уже была на втором этаже. Видимо, чувствовало материнское сердце, что ты появишься у нас.
Я молча открыла рот, удивленная такой речью от Джаспера. Привыкшая к вечной его строгости и серьезности, сейчас я ловила нотки нежности в голосе, направленные в сторону Эсми, какие слышала до этого только в отношении Элис. А сам Джаспер, непринуждённо стоял, оперевшись на косяк двери. Лицо его впервые за долгое время нашего знакомства было расслабленно.
- А Элис не видела меня?
- Нет, Элис тебя не видела, но видела приезд Беллы.
- Что? - я так и замерла с открытым ртом, - что она видела?
- Ты сможешь спросить об этом Элис, - пожал плечами Джаспер, всем своим видом показывая, что ответа от него я не добьюсь.
Итого, на третьем этаже было пять комнат. Из них я уже была в комнате Эдварда.
Она была угловой, с уже привычными окнами во всю стену, книжным шкафом и шкафом с DVD проигрывателем и дисками.
Кровати в комнате не было, лишь небольшая кушетка.
Так же была моя комната, и Джаспер мне показал комнату его и Элис.
Просторное помещение, выполненное в темно-синих и темно-зелёных тонах. Огромная кровать, рабочий стол и ещё один шкаф с книгами. Так же у них в комнате была своя небольшая терраса с выходом на улицу, где расположились небольшой столик и два кресла.
- Такая же терраса есть у Карлайла с Эсми. Остальные же предпочитают наблюдать за звёздами с улицы, - пояснил мне Джаспер.
Я медленно прошлась по комнате. Она, как и все в доме, пахла лесом и свежестью.
Мое внимание привлёк стеллаж с книгами. Все они в основном были на военную тематику, а именно повествовали о войне Конфедератов.
- Коллекционируешь? - кивком указала я на книги, пробегаясь взглядом по корешкам.
- Скорее, воспоминания о прошлой жизни.
- Ты участвовал в войне?
- Я родился в Техасе и в шестнадцать лет вступил в армию Конфедератов. В свой малый возраст я в течении двух лет дослужился до майора, что было немыслимо! Когда я возвращался в Галвестон, меня перехватили три вампирши Люси, Нетти и Мария. В то время как раз проходила борьба за территорию у кланов вампиров и, видя мое звание, они захотели меня к себе.
- Это больно? - вклинилась я в мысли Джаспера.
- Что, прости? - вампир вынырнул из своих мыслей, удивленно глядя на меня, словно и забыл, что я тут есть.
- Это больно становиться вампиром?
- Ты себе и представить не можешь насколько. Ты словно заживо сгораешь в течении нескольких дней. Ты не чувствуешь ничего, кроме боли. Ни минуты отдыха. И днём, и ночью ты горишь. Каждой клеточкой организма ты чувствуешь перерождение. Все новорожденные молят о смерти. Но, если ты преодолел превращение, ты становишься самым сильным хищником на земле и больше никакая боль не страшна тебе. Только ощущение жажды.
Я был создан Марией, чтобы делать всю грязную работу: обращать новобранцев, тренировать их, а после года существования - убивать. С помощью своего дара я могу чувствовать эмоции других. И это стало настоящим проклятьем для меня. Я жил, как дикарь на одних инстинктах, я тренировал, убивал, при этом испытывая всю боль жертвы до последнего их вздоха. Я стал настоящим монстром. Но и для Марии я был выгоден – я мог чувствовать настроение окружающий и заранее вычислить предателя.
В какой-то момент я встретил своего товарища - Питера, за год до этого я помог ему и его девушке сбежать. Не знаю, зачем я это сделал. Наверное, почувствовал в их эмоциях что-то новое, необузданное. Любовь, сильную, чистую и безграничную. Вопреки приказу Марии, я отпустил их тогда.
В 1938 году ко мне прибыл Питер. Он и рассказал, что так живут не все вампиры и за пределами этой вечной борьбы за территории есть другая жизнь, которой ты можешь наслаждаться. Я покинул Марию и отправился на Север вместе с Питером и Шарлоттой. Но и там не мог найти покоя. Эмоции жертвы преследовали меня, я стал реже убивать, но и этого было недостаточно.
Тогда я отправился путешествовать уже в одиночестве.
В один из дней, когда я был проездом в Филадельфии, в одной из закусочных, я встретил ее. Элис. Ее эмоции вихрем обрушились на меня и наконец-то я смог почувствовать то, чему так завидовал у Питера и Шарлотты. Я не понимал, что происходит, Элис безумной пташкой вещала мне о будущем, но я ничего не мог понять. Однако сделал что-то очень непохожее на меня: доверился ей. Вот так просто, вопреки моему здравому смыслу и логике.