- Но я думал, что ты все и так знаешь, - нахмурившись произнес он, - ты мой мир.
- Но что это значит? – не сдавалась я, все еще не понимая и пытаясь разглядеть ответ в его глазах.
- Это значит, - мягко и с расстановкой произнес он, не отрывая глаз, - это значит, что я люблю тебя, Джинни. Люблю больше всего на свете. Не хватит слов, чтобы описать, как ты дорога мне. Не хватит слов, чтобы передать мою радость от того, что мои чувства взаимны. Я люблю тебя, Джинни. Я долгое время думал, что у меня нет души, что я не заслуживаю счастья, что я монстр. Я утратил смысл жизни, просто существовал. Но встретив тебя, я понял: моя душа – это ты.
Глава 38
Домой возвращались мы тем же путем, только в этот раз Эдвард нес меня на руках и гораздо медленнее, с небольшими остановками через каждые пару минут, чтобы оставить как можно больше поцелуев на моих губах и лице. Через 20 минут мы были дома.
В столовую, где собралась вся семья для продолжения праздника, мы заходили, держась за руки, поэтому я немного переживала, как все остальные отнесутся к нашим новым отношениям.
Стоило нам пересечь порог, как раздался горестный вздох Эммета:
- Ну наконец-то!
- Поздравляю! – тут же подлетела к нам Элис, поочередно обнимая. Мне оставалось лишь неловко переступать с ноги на ногу и счастливо улыбаться остальной семье. Не получив ни от кого недовольных и хмурых взглядов, я наконец-то смогла счастливо выдохнуть и расслабиться. Видимо, что-то такое они уже подозревали, но я не стала задумываться об этом.
А дальше был праздничный ужин и подарки. Оказывается, пока меня не было, к Калленам успели заехать Сэм и отдельно Бен, с подарками для меня. Так же Бен передал подарок от Беллы. Сама девушка почему-то не захотела заезжать. Это меня даже немного удивило: такой шанс попасться на глаза Эдварду упустила.
Поздно ночью, уже готовясь ко сну, я вспоминала прошедший день. Все это стоило пережитого мной. Я обрела семью и любовь, я обрела счастье.
***
После этого дня все свободное время мы проводили вместе с Эдвардом, не отрываясь друг от друга ни на минуту. Разве что для сна. И то, очень часто я засыпала в объятиях Эдварда.
По началу, немного стесняясь, я отстранялась от Эдварда, если кто-то кроме нас находился в комнате. Или, если объятия длились слишком долго, или, если поцелуй затягивался.
Эдвард же относился ко всему с пониманием, ни капли не принуждая меня к чему-либо.
Но постепенно я привыкла. Быть рядом с ним, прикасаться к нему, стало таким же естественным, как дышать. Заходя в комнату, первым делом мой взгляд искал Эдварда; из нескольких голосов людей, я могла без проблем отличить и услышать его голос. В какой-то момент я даже испугалась такой одержимости и зависимости. С каждым днём я понимала все больше и больше, что уже не смогу без Эдварда.
Все в доме относились с пониманием к нашим отношениям, оставляя нас наедине под разными предлогами и давая личное пространство. Эсми зачастила к Карлайлу на работу, Роуз и Эммет вообще укатили в Париж на очередную медовую неделю, а Элис с Джаспером оставались у себя в комнате, либо пропадали где-то в лесу. Да и, если мы просто хотели побыть наедине с Эдвардом, мы возвращались в Заповедник или уезжали гулять по улочкам Порт - Анжелеса, если погода позволяла.
Лишь однажды Карлайл на правах приемного отца вызвал меня к себе и провёл разговор о половых отношениях, заставляя меня краснеть и бледнеть перед ним. Аргументировал он это тем, что сейчас является моим опекуном и сам старых правил. Он ни на чем не настаивал и оставлял любое право за мной, но все же считал своим долгом поговорить со мной.
Подозреваю, что Эдвард даже не знал об этой беседе, но и спрашивать я не решалась, все равно наши отношения не заходили дальше поцелуев и невинных объятий.
Все было волшебно, я была счастлива как-никогда. Мысленно я просила время остановиться навсегда в этом моменте.
***
На дворе стояла середина лета, в Форксе было жарко и влажно.
Я валялась на лежаке, оперевшись о прохладное тело Эдварда и полностью расслаблено, ловила лучики солнца.
Рука мерно теребила кулон на шее – еще один подарок на день рождения от Эдварда, но уже лично от него. Кулон на золотой цепочки, выполненный в форме капли из оранжевого граната. “Он напомнил мне тебя”, - сказал мне тогда Эдвард, осторожно надевая кулон мне на шею. Осторожные, едва ощутимые прикосновения прохладных рук и моя пылающая кожа. Я едва могла дышать от нахлынувших чувств. “Мой огонек,” – прошептал мне тогда Эдвард.
Предаваясь воспоминаниям о праздничной ночи, в какой-то момент я почувствовала, что что-то изменилось. Что-то произошло, но не снаружи, а внутри меня.