— Хочет, чтобы я помог тебя убить.
— Я так и думал. Шед, это очень кстати. Пора отправить Крага наверх. Кого ты выбираешь, партнёр? Его или меня?
— Я… М-м…
— Если смотреть вперёд, то тебе лучше избавиться от Крага. Он всё равно найдёт способ завладеть «Лилией».
Это правда, подумал Шед.
— Хорошо. Что мы теперь будем делать?
— Завтра ты пойдёшь и скажешь ему, что я продаю трупы. И что Аза — мой партнёр. А я его прикончил. Аза был твоим другом, и ты очень расстроен. Всё это достаточно близко к действительности, чтобы спутать его карты… Что такое?
Одни ловушки. Ворон прав. Краг поверит в эту байку. Но Шед надеялся, что ему не придётся непосредственно участвовать в этом. Если затея Ворона провалится, то Маррона Шеда найдут в канаве с перерезанным горлом.
— Ничего.
— Хорошо. Послезавтра ночью я уйду. Ты побежишь, и скажешь об этом Крагу. Я брошу его людям ложный след. Краг тоже захочет поучаствовать. Я устрою на него засаду.
— Ты уже занимался такими делами, да?
— В любом случае, он придёт. Он ведь дурак.
Шед сглотнул.
— Этот план не слишком полезен для моих нервов.
— Твои нервы — не моя проблема. Это твои нервы. Ты сам их расстроил. И только ты сам можешь их поправить.
Краг клюнул на рассказ Шеда. Он был в восторге, что Ворон оказался таким злодеем.
— Если бы я не хотел с ним расправиться лично, я бы просто свистнул Сторожей. Ты правильно поступил, Шед. Я должен был раньше заподозрить Азу. Он никогда не приносил известий, заслуживающих внимания.
— Но кому нужны эти трупы? — заскулил Шед.
— Об этом не беспокойся, дурья башка, — усмехнулся Краг. — Когда он в следующий раз отправится на свою прогулку, скажешь мне. Мы ему устроим маленький сюрприз.
Как и было задумано, в следующий раз Шед доложил обо всём Крагу. И испытал самое большое в жизни разочарование. Краг настаивал, чтобы он пошёл с ними.
— Какой от меня толк, Краг? У меня даже оружия нет. А он просто зверь. Вы не возьмёте его без драки.
— А я другого и не ожидаю. Ты пойдёшь с нами на всякий случай.
— На всякий случай?
— На случай, если там ловушка. Я тебя смогу сразу достать.
Шед вздрогнул и снова заныл.
— Я всегда говорил тебе правду. Я хоть когда-нибудь делал что-нибудь не так?
— Ты всегда поступал как трус. Поэтому я тебе и не доверяю. Тебя могли запугать. И деньги у тебя оттуда же. Мерещится мне, что ты в доле с Вороном.
Шед похолодел. Краг натянул плащ.
— Пойдём, Шед. Будь рядом. Попытаешься отойти — убью.
Шед затрясся. Он мертвец. Всё, через что он прошёл, чтобы избавиться от Крага, не стоило и гроша. Просто не стоило и одного паршивого гроша. У него никогда ничего не получалось. Он шагнул на улицу, раздумывая, что же ещё можно предпринять, заранее зная — выхода нет. По его щекам покатились слёзы.
Нет выхода. Если он сбежит, Краг всё поймёт. Если не побежит, он убьёт его, как только Ворон выскочит из засады. А что будет с мамой?
Он обязан что-то предпринять. Набраться храбрости, решиться и действовать. Он не сдастся судьбе и не отдастся на волю случая. А иначе ещё до рассвета он окажется в Катакомбах или в Чёрном Замке.
Шед соврал Крагу. В левом рукаве он держал большой нож для разделки мяса. Взял он его с собой из чистой бравады. Краг даже не обыскал его. Старый Шед вооружён? Ха! Ерунда. Он же сам себя поранит.
Старина Шед всё-таки ходит иногда вооружённым, но никогда не объявляет это во всеуслышание. Нож прибавляет ему немного уверенности. Он может сказать себе, что пустит его в ход в случае чего, и верить в эту ложь сколько угодно, но если бы его прижали, он всё равно отдался бы на волю провидения.
Его судьба предопределена… Если он сам не поставит её на дыбы, надеяться больше не на что.
Но как?
Людей Крага забавлял его ужас. Их шестеро… Уже семеро… Восемь. Вернулись те, кто следил за Вороном. Есть ли хоть капля надежды выкрутиться? У самого Ворона нет ни единого шанса.
Ты мертвец, снова и снова шептал ему некий тоненький голос. Мертвец, мертвец.
— Он движется по Свечному, — тихо сказала подошедшая тень. — Углубляется в те узкие аллеи.
— Думаешь, он найдёт что-нибудь так поздно, да ещё зимой? — спросил Шеда Краг.
— Не знаю, — пожал плечами Шед.
Он вытянул левую руку и прижал её к туловищу. Присутствие ножа помогло, но не слишком сильно.
Ужас уже достиг своего предела и теперь начинал спадать. Им овладевало тупое спокойствие. И только страх перед неизвестностью заставлял Шеда искать несуществующий выход.